мраморной лестнице на первый этаж, она оказалась в огромном зале с лазурным бассейном. Вода тихо плескалась. Из нее, изящно откинув мокрые платиновые волосы, вынырнула Кристина.— Проснулась, дорогая? — ее голос прозвучал обыденно и мягко, словно они были старыми подругами на курорте. — Как спалось?— Это... что вчера вообще было?! — голос Алины сорвался на дрожащий шепот, в груди закипали слезы. Она так и не смогла выговорить это постыдное слово, задыхаясь от унижения.Кристина легко выбралась из воды, завернулась в белоснежное махровое полотенце и снисходительно улыбнулась:— Ну, успокойся. Немного игр никогда не помешает. Зато ты отдохнула и полностью выбросила весь свой накопленный негатив, разве нет?
Зал с бассейном выглядел мрачно. Сквозь высокие панорамные окна пробивался лишь тусклый, серый утренний свет, который не согревал, а лишь подчеркивал холод этого места. Кристина, словно не замечая царящего вокруг холода, спокойно выходила из воды.
Она шла по кафельным ступеням абсолютно обнаженной, ничуть не смущаясь своей наготы. Ее бледная кожа в сером полумраке казалась фарфоровой, почти неживой. Направившись к изящному столику у шезлонга, Кристина взяла прозрачную стеклянную бутылку, в которой густело что-то тягуче-красное. С тихим всплеском она наполнила хрустальный бокал, сделала неторопливый глоток и лишь затем повернулась к гостье.
Рядом с бутылкой лежала строгая кожаная папка. Кристина открыла ее и вытащила один-единственный лист бумаги.
— Что это? — сглотнув ком в горле, тихо спросила Алина, не сводя глаз с пугающей красной жидкости в бокале.
— Договор, — Кристина безмятежно улыбнулась, протягивая ей лист. — Если ты согласишься его подписать, я стану твоей официальной владелицей. На время моих игр ты будешь полностью принадлежать мне. В остальное же время у тебя абсолютная свобода. Можешь ходить куда угодно и встречаться с кем захочешь. Я не стану тебя ревновать.
Алина опустила взгляд на безупречно напечатанный текст. Строчки расплывались перед глазами. Ей предлагали продать себя по часам, как послушную куклу для чужих извращенных развлечений, взамен обещая свободу, которой у нее, по сути, уже не осталось...
В договоре было всего три пункта, написанных сухим юридическим шрифтом. Алина быстро пробежала их глазами:Пункт первый: Полное и беспрекословное подчинение во время сессий.Пункт второй: Одежда одобряется и предоставляется исключительно Госпожой.Пункт третий показался Алине самым абсурдным и смешным. Строчка гласила: «Никакого нижнего белья под одобренной одеждой».Алина медленно перевернула страницу, убеждаясь, что на обороте ничего нет, и подняла голову. Стыд и паника внутри неё окончательно выгорели, уступив место злому, искрящемуся сарказму. Она посмотрела на Кристину, которая продолжала мелкими глотками пить свою густую багряную жидкость.— А ещё я, видимо, должна таскать тебе тапочки, стоять на коленях и держать кожаный поводок в зубах? Или, может, есть что-то ещё, чего постеснялись стенографистки? — иронично спросила Алина, криво усмехнувшись и картинно помахав листком в воздухе.Кристина даже не вздрогнула. Она плавно опустила бокал на столик, и на её бледных губах остался тонкий, пугающе яркий след. Её взгляд оставался абсолютно безмятежным, но серый свет из окна словно стал ещё холоднее.— Если это потребуется для игры — будешь держать и поводок, — мягко, почти ласково ответила она, делая шаг к Алине. — Но я ценю твой характер, дорогая. С покорными куклами скучно. Поставь подпись. Тебе ведь всё равно некуда идти.
— Я могла бы согласиться, если бы ты просто предложила переспать со мной. Или спать на постоянной основе, — Алина твердо встретила ледяной взгляд Кристины, хотя сердце бешено колотилось в груди. — Но это... Прости, мне не подходит.С тихим хлопком Алина положила кожаную папку обратно на столик. Отказалась.Кристина ни на миллиметр не изменилась в
Разработка анала