сын спит в соседней комнате, возбуждала меня. Я хотела подойти к нему, разбудить его. Мои руки ласкали грудь. Она была большая и мягкая, такая, от которой молодые люди без ума. Я видела, как он несколько раз поглядывал на неё, когда я надевала блузку со слишком глубоким вырезом, что я теперь делала всё чаще.
Я застонала, мои пальцы ласкали темно-красные соски, я выпрямилась, а бедра терлись друг о друга. Этот жгучий зуд требовал, чтобы я что-то с этим сделала. Мне нужно было кончить. Я снова застонала, скручивая соски. Эти желания сводили меня с ума. Я знала, что они неправильны. Он был моим сыном. Я вынашивала его девять месяцев. Я родила его.
Я его создала.
И теперь мне захотелось переспать с ним. Произошёл какой-то извращённый сдвиг, превративший мою материнскую любовь в похоть. Я вздрогнула, застонала, качая головой из стороны в сторону на кровати, сбрасывая одеяло. Я облизнула губы и закрыла глаза.
Фантазировать на тему, которая настолько табуирована...
В своих фантазиях я шла голой по коридору мимо комнаты моей n-2 летней дочери Дженни. Моя грудь подпрыгивала, бедра покачивались, а вагина горела. Я дошла до комнаты сына, медленно и осторожно открывая дверь. Я не хотела его будить. Пока что. Какая же я злая мамочка. Я прошла в комнату. Он спал в темноте, укрытый одеялом, на спине. Он спал без рубашки и я могла видеть часть его мускулистой груди.
Я подошла к его кровати и откинула одеяло. Представляя его грудь, я сильнее сжала соски. Я застонала, представляя его мускулистые грудные мышцы и рельефный пресс, когда я стягивала одеяло всё ниже и ниже, обнажая трусы, в которых он спал. Я стирала его белье. Я знала их всех. Сегодня я представляла себе белого парня с пиратскими черепами и скрещенными костями, его член уже наполовину стоял, словно он знал, что мама здесь, чтобы научить его быть мужчиной.
Моя фантазия была такой порочной. Я была так возбуждена. Я больше не могла сопротивляться. Моя правая рука потянулась к тумбочке, схватив розовый дилдо, который я там оставила. Я мастурбировала перед тем, как заснуть, представляя Джеймса. Мне нужно было избавиться от этой запретной похоти. Мне нужно было найти молодого жеребца. Теперь я была «хищницей». Я могла найти парня лет двадцати, жестко его трахнуть и изгнать это из себя.
Но у меня была своя практика, свои пациенты. Мне нужно было заботиться о своих детях. Где же было время на то, чтобы пойти куда-нибудь и переспать с кем-нибудь?
Я поднесла дилдо к губам, фантазируя о том, как стяну с сына трусы, обнажив его полуэрегированный член. Он будет таким длинным и толстым, а головка будет темнеть от притока крови. Я схватила его и погладила. На кончике выступила предсеменная жидкость. Я наклонилась и начала облизывать его, собирая соленую жидкость, пока облизывала дилдо, представляя, что это его член.
Я застонала, пальцами левой руки скручивая сосок, сжимая губы вокруг дилдо и ощущая легкий сладковатый аромат. Я вздрогнула, выгибая спину, пока в моих мыслях разворачивалась фантазия о том, как мой сын просыпается.
«Мама» , — простонал он в моих мыслях. — «Что ты делаешь?»
Тсс, милый. Мама просто доставляет своему большому, сильному мужчине удовольствие. Ммм, позволь маме показать тебе, как быть настоящим мужчиной.
Эти мысли заставили мою вагину сжаться. Я сильнее сжала дилдо, представляя звуки, которые издаст мой сын, когда я буду делать ему минет. Стоны, вздохи, хрипы. Удовольствие исказит его лицо, когда он будет дрожать на кровати. Он будет пытаться скрыть, как сильно ему это нравится. Но, в конце концов, он
Его я хочу