открытый, немного смущенный, с мягкими чертами лица и легкой полуулыбкой. Он смотрел на меня через камеру с каким-то искренним, детским восхищением, смешанным с робостью.
— Привет... Карина, да? — неловко произнес он, и его голос слегка дрогнул. — Я... я бы очень хотел встретиться с тобой сегодня. Если ты не занята.
Я смотрела на него, и вся моя усталость вдруг куда-то испарилась. После холодного и циничного сорокапятилетнего мужчины, этот мальчик казался глотком свежего воздуха. В его глазах не было пренебрежения — только робкое желание и искренний интерес к моей красоте.
Я улыбнулась. На этот раз — по-настоящему, тепло и мягко.
— Привет, — ответила я, поправляя выбившуюся черную прядь волос. — Назови адрес. Я буду через полчаса.
***
Егор мерил шагами тесную комнату полуподвального отеля «на час». Номер стоил недорого, но пах дешевым освежителем воздуха с ароматом хвои и свежевыстиранным, застиранным до тонкости бельем. На стене висело зеркало в пластиковой раме, в котором то и дело отражалась его высокая, худощавая фигура.
При росте под метр девяносто Егор казался еще выше из-за своей юношеской угловатости. Широкие, но пока еще не обросшие плотной мускулатурой плечи, длинные руки, короткая русая стрижка и эти темно-карие глаза, в которых сейчас плескался настоящий, первобытный ужас.
Ему было девятнадцать. И он всё ещё был девственником.
В общежитии и на парах в университете эта тема была для него постоянным источником стресса. Дружки-сокурсники вовсю хвастались своими победами, отпускали сальные шуточки, а Егор лишь натянуто улыбался, боясь выдать себя. Ему казалось, что на его лбу огромными буквами написано клеймо «девственник». Но идти на улицу или искать сомнительные притоны он панически боялся — наслушался историй о венерических болезнях, грабежах и полицейских облавах.
На индивидуалок с приличных сайтов у него просто не было денег. Три месяца он откладывал со стипендии и подработок курьером каждую копейку. И вот сегодня нужная сумма была на руках. Он долго листал анкеты, пока не наткнулся на Карину. На фото она выглядела невероятно: огромные серые глаза, каскад черных вьющихся волос и фигура, от которой перехватывало дыхание. Когда он набрался смелости и позвонил по видеосвязи, его сердце едва не выпрыгнуло через ребра. И она согласилась.
Егор посмотрел на свои дрожащие пальцы.
«А вдруг я не смогу? Вдруг опозорюсь прямо сразу? Что она подумает?» — мысли путались, сменяясь то диким вожделением, то желанием просто сбежать.
В дверь негромко, но уверенно постучали. Егор вздрогнул, сглотнул сухой ком в горле и пошел открывать.
На пороге стояла она. Егор ожидал увидеть вызывающий макияж, вульгарное ультракороткое платье или что-то, что кричало бы о её профессии. Но Карина удивила его. На ней было простое, но идеально сидящее изумрудное платье из плотного шелка с закрытыми плечами, а поверх — легкий плащ. Богатые черные волосы были аккуратно уложены, а от самой девушки пахло дорогим, едва уловимым ароматом цветов и пудры. В её облике не было ни капли пошлости — она выглядела как утонченная леди, случайно заглянувшая в это сомнительное место.
Егор замер, посмотрел на неё сверху вниз (он был почти на голову выше её), и просто приоткрыл рот от восхищения.
Её взгляд задержался на парне. Вблизи он выглядел еще моложе. Его щеки залил густой, пунцовый румянец, а карие глаза преданно и испуганно следили за каждым её движением. В нем не было ни капли того пренебрежения и сытого высокомерия, с которым час назад обращался с
Северное сияние или старинный рецепт спермы северного оленя