— Попить??! – удивилась первая (та, что сидела слева от его головы) как будто он попросил, по меньшей мере, сделать его королём Брунея. – Девочки, он хочет пить!
— Хочет, чтобы мы его напоили!
Москвичу сразу вспомнился старый пошлый анекдот про Чебурашку, над которым жестоко надругались пионеры. Они спросили его, хочет ли он вафлю, а когда он ответил утвердительно, то насовали ему полный рот пиписек. Он почему-то представил себя этим ушастым героем древнего мультика и отчётливо понял, КАКИМ именно нектаром сейчас его будут поить. Инквизиторши в предвкушении захлопали в ладошки и засмеялись как-то по-особенному бодро.
— Я первая! – игриво заявила визгливая и присела над его головой, задирая бесконечные полы инквизиторского балахона. Под которым, разумеется (ну кто б сомневался!), не обнаружилось никаких трусиков вообще. – Я первая, а вы за мной очередь занимайте!
Журчала она мощно, напористо и горячо. Солоно нахлебавшись, Москвич, привычно подавив естественно-брезгливые позывы, закрутил головой, умоляя дать ему перевести дух. Не тут-то было. Девы присели над ним по очереди и когда они закончили, у Москвича от их золотого нектара уже вовсю резало глаза и щипало носоглотку. Так над ним здесь ещё никто отродясь не издевался. В прошлую его каденцию на Маркистане золотым дождиком принято было лечить кровавые рубцы от порки и прочих незапланированных увечий, а сейчас это сделали пыткой.
— Ну! – снова требовательный сапог постучал его глянцевой резиновой поверхностью по мокрой физиономии. – Лизать будешь?
Он кое-как справился. Умел, конечно же, слизывать грязь с сапог молодых ведьм и не глотать её. Тем более не просто грязь, а болотную суспензию, в которой растворено чёрт знает что. Минут через десять резиновые сапожки этих дьяволиц блестели как у девственниц.
— Ну вот! Молодец! – радостно похвалила его первая, встав обеими ногами ему на грудь и демонстрируя подружкам и ему тоже, начисто вылизанный сапог. – Умеешь же, когда захочешь!
— Умеет-умеет! – с тем же энтузиазмом подтвердили её подруженции, тоже поднимаясь со своих лавок. – Так уж и быть, мы тебя оставим. А ты посиди тут в одиночестве, и подумай над своим поведением!
— Не скучай! Бай-бай! – промурлыкала визгливая и на прощание пнула его каблучком в спину. Больно, сука, но... почти ласково!
Они исчезли, но вместо них тут же появилась Полина. И Москвич с горечью понял, как же прав был Стендаль, писавший, что худшее зло в тюрьме – невозможность закрыть свою дверь.
— Где я? – спросил он хриплым голосом (промочил горло, называется!), переворачиваясь на другой бок, лишь бы не встречаться взглядом с этим созданием.
— Всё по плану, ты – в тюрьме! – радостно сообщила Полинка.
— А что ещё предусматривает этот план? Эшафот?
— Не драматизируй. Мы все собрались здесь исключительно для того, чтобы тебе помочь.
— Звучит угрожающе.
— Напрасно ты так...
Она прошла по келье, села на скамейку, и тоже поиграла своей ножкой перед его физиономией. Однако лизать сапог не предложила. И на том спасибо.
— Ты ведь ехал сюда для того, чтобы получить обратно своё тело... - как-то утвердительно спросила она. – Так вот оно! Забирай!
Москвич вздохнул, с удивлением обнаружив, что никаких остатков золотого дождика на нём нет. То ли он так скоро высох, то ли... Никогда и не проливался! Иллюзия?
— Точно! - подтвердила Полина, с удовольствием демонстрируя свои телепатические способности. – Это особенности данной тюрьмы.
— Что за тюрьма? – поинтересовался он через силу. Разговаривать с ней совершенно не хотелось, но и пренебрегать таким источником информации
Школьный туалет