— Дурочка! Некрасивых женщин не бывает. Бывают только те, которые не хотят быть красивыми. Ну-ка встань!
Я поднялась, прикрывая ладошками низ живота.
— Убери, — она отвела мои руки. — Кого стесняться, мы с тобой одни. О, какая она у тебя красавица!
Тетя провела пальцем снизу вверх от промежности к лобку прямо по самой щелочке. Хоть и было немножко стыдно, но это прикосновение вдруг вызвало такое острое волнение, что захотелось еще. Но тетя уже щупала мои острые коленки.
— Ты знаешь, это все поправимо. Надо просто следить за собой. Не давать разрастаться жиру, а мышцу кое-где подкачивать. Я займусь тобой. К концу лета красавицей станешь. Я ведь тоже была. Нескладеха. И у меня тоже был Он, который смотреть на меня не хотел. Но я с собой справилась. И стала такой, какая есть.
— И он вас полюбил?
Тетя помолчала немного.
— Наверное. Не знаю. Впрочем, я сама его разлюбила. Мужчины вообще недостойны любви. Зато... Ладно, будет время, расскажу. Всё, вылезай, вытирайся! Сейчас ужинать и спать, а завтра займемся твоим преображением.
Тетя Таня работала тренером в фитнес-клубе. На следующий день она повезла меня к себе на работу. Показала упражнения, развивающие пресс и другие мышцы — грудные, ягодичные, икроножные. Она брала меня с собой каждый день и заставляла интенсивно тренироваться. К вечеру я валилась от усталости, все тело у меня невыносимо болело. И я была готова сдаться:
— Тетя Таня, ну не могу я больше!
— Во-первых, никаких теть! Зови меня просто Таня. Во-вторых, никаких «не могу». Через не могу, но мы своего добьемся.
Недалеко от тетиного дома была конюшня, где в прокат давали верховых лошадей. В Танины выходные мы туда ездили. Я быстро научилась держаться в седле, и мы с Таней скакали по полям галопом со свистом ветра в ушах. И это было бесподобно, я ощущала себя амазонкой, Пентеселеей, грозой фригийцев!
К середине августа я распрощалась со своим животом, а моя грудь, благодаря упражнениям, стала чуть больше. И ноги перестали быть похожими на вязальные спицы. Таня подвела меня к зеркалу. Почти два месяца она запрещала мне смотреться в зеркала.
— Ну, кого ты там видишь?
На меня смотрела стройная девчонка, которой можно было бы залюбоваться, но...
— Да, фигура моя стала намного красивей. А рожа так и осталась уродской. И нос этот длинный, и морда длинная, и конопушки...
— Во-первых, выпрямись, не сутулься. И не вытягивай голову вперед. Осанка должна быть гордой как у королевы! А конопушки тебе очень идут, между прочим. Во-вторых, зачем ты носишь эти косы и ходишь прилизанная? Длинная пышная челка скроет высокий лоб, и нос твой укоротит. А кудряшки по бокам сделают личико немного круглее. Едем в парикмахерскую!
Вечером за ужином сидела уже не я. Я сама не узнавала себя в зеркале. Я была рада теперь зеркалам, пусть они висят повсюду.
Перед сном, когда я уже легла в постель, Таня вошла ко мне в комнату и присела ко мне на кровать.
— Считай, что мы его покорили, твоего... как его?
— Виталия.
— Да. Остался последний момент. Ты знаешь, что такое оргазм?
— Теоретически.
— Только женщина, испытавшая сексуальное наслаждение, излучает особые эротические флюиды. Феромоны, которые делают женщину женщиной и привлекательной для мужчин.
Я смутилась и даже немного испугалась.
— Ты... предлагаешь мне с кем-нибудь переспать?
Таня улыбнулась и обняла меня. Ласково-ласково. У меня даже в груди защемило от этого.
— Помнишь, я собиралась рассказать тебе свою историю?
— Да, помню.
— Вот, слушай.
Таня
Мне было тогда четырнадцать лет. Я влюбилась в одного парня из нашего класса. Я пыталась с ним заигрывать, но он не обращал на
Некрасивая