красными от налившейся в них крови. Волны удовольствия, одна за другой, непрерывно накатывали, зарождаясь внутри киски и пробегая по всему телу ударяли в голову. А Алина засунула ещё два пальчика внутрь влагалища и интенсивно натирала его стеночки. Такие манипуляции привели к сладкой развязке, Вика забилась всем телом, по которому пробежала мелкая дрожь и она испытала сильный оргазм. Неконтролируемые стоны вырывались из груди. Голову заволок туман и казалось, что она даже на мгновение отключилась.
Когда Виктория немного пришла в себя, то обнаружила, что отец продолжает интенсивно входить в маму. Её тело содрогалось от толчков, груди заманчиво и игриво подскакивали. Алина смотрела на девушку и нежно гладила её бёдра, животик, киску. Затем она залезла на Вику сверху, так что их лица оказались друг напротив друга. Она поцеловала её в губы. А киски оказались тоже на одном уровне и Николай теперь чередовал, входя сначала в киску жены, а потом дочери. Вика завела руку под живот мамы и стала пальчиками теребить ей клитор. Их губы слились в непрерывном поцелуе. Сквозь поцелуй, Алина умудрялась ещё и сладко стонать и с каждой минутой стоны становились всё интенсивнее и громче. Она пребывала на вершине блаженства и вскоре, как и дочь несколькими минутами ранее, забилась в сладких судорогах. Удовлетворённая Алина обессиленно распласталась на теле дочери. Виктория чувствовала её жар и учащённое сердцебиение.
Но на этом ещё не закончилось. Николай положил своих женщин на спину, раздвинул им ножки и продолжил по очереди трахать их нежные киски. Пока трахал одну, другая наблюдала за совокуплением и гладила стройное тело оппонентки. Чтобы вторая не слишком скучала, он вводил два пальчика внутрь киски, стимулируя стеночки влагалища рукой. Затем приходила очередь другой. Чем ближе мужчина находился к развязке, тем чаще он менял партнёрш, входя то в жену, то в дочь. Наконец он вышел из очередной киски и поток семенной жидкости устремился на стройные тела девушек. Они в четыре глаза, внимательно, не отводя взгляда, смотрели как из набухшей красной головки выстреливают пульсирующие струи семени, забрызгивая собой их обнажённые тела. Торс мужчины покрывали капельки пота, а его дыхание было частым и глубоким. Закончив извергать, он распластался рядом с девушками, также приняв позу лёжа на спине. Какое-то время лежали и просто приводили дыхание в норму.
— Вика, иди в свою комнату, - наконец прервала молчание Алина.
Девушка поднялась, слезла с кровати, попутно собрав с пола свою одежду и тихонечко удалилась из спальни, не проронив ни слова. Погруженные в собственные мысли, Алина и Николай продолжали лежать с открытыми глазами, смотря в потолок. Первой заговорила Алина:
— Раз уж у нас вечер таких откровений, я должна тоже признаться тебе кое в чём.
Николай выплыл из собственных мыслей и переключился на слова жены.
— Я весь внимание, - лёжа в постели он повернул голову в её сторону, она смотрела в потолок никак не решаясь заговорить. Потом наконец сказала:
— Я изменяю тебе со своим начальником, - проговорив это, повернула голову в его сторону, наблюдая за его реакцией.
Ещё пару часов назад, её слова потрясли бы его. Но сейчас, после пережитых недавних событий у него не было моральных сил и эмоций, чтобы как-то подобающим образом отреагировать на её слова. Какое-то время он смотрел на неё, а она на него, больше не произнося ни слова. После долгой паузы он заговорил:
— Я так и знал, что повышение по службе всегда идёт через постель, - попытался он мрачно пошутить. А что ещё делать в такой ситуации?
Соседка Антонина.