любому прохожему заглянуть внутрь и мельком увидеть нас с Майклом, если бы он смотрел. В данный момент никто не заглядывал, но мысль о том, что они могут это сделать, возбуждала меня. Я все время открывала для себя что-то новое о своей сексуальной психике.
Майкл водил пальцами вверх и вниз по резинке моих трусиков, нежно проталкивая шелковистый материал между выпуклыми губками моей вульвы, дразня меня. Я непроизвольно покачивала бедрами в такт пальцам, стимулирующих мой клитор.
Я начала понимать, что у меня не будет романтического ужина до того, как я потеряю девственность. Ни у меня, ни у Майкла не хватит терпения или силы воли ждать так долго.
Стоя там перед своим братом, когда он ласкал пальцами мой чувствительный и возбужденный клитор, я понимала, что беспомощна. Сегодня ночью я принадлежала ему. Я знала это, и он это знал.
Засунув руку мне под юбку, Майкл продолжал исследовать внешнюю сторону моих трусиков, дразня меня. В том, что меня заставляли стоять там, пока мой брат прикасался ко мне, был элемент подчинения, который возбуждал меня еще больше.
— Ты же не собираешься сначала пригласить меня на ужин, правда? – задохнулась я от риторического вопроса.
— Не волнуйся. Если ты будешь хорошей девочкой, то я, возможно, приглашу тебя на ужин позже, - застенчиво ответил Майкл. - Как ты думаешь, ты будешь хорошей девочкой сегодня вечером?
— Майкл, серьезно? Я позволяю своему брату ласкать мою вагину прямо сейчас. Я думаю, что почти по любым стандартам меня сейчас сочли бы очень плохой девочкой.
— Это верно. Но я думаю, это действительно хорошо, что ты такая плохая. Я думаю, у меня самая сексуальная сестра в мире.
Майкл запустил пальцы в мои трусики и нащупал влажную дырочку. Сдвинув трусики в сторону, мой брат проник в отверстие моего влагалища кончиками двух пальцев, пока я бесстыдно стояла там. Я слегка присела на корточки, чтобы обеспечить ему лучший и более глубокий доступ.
Присев на корточки, я начала терять равновесие. Я положила руки на его широкие плечи, пытаясь удержаться на ногах, стоя в своих сапогах на высоком каблуке, позволяя брату трогать меня пальцами.
— Майкл, ты меня так возбуждаешь. Мне нравятся твои прикосновения.
После нескольких минут проникновения в меня пальцами, мой брат убрал их из моего влагалища. Он скользнул обеими руками вверх по внешней стороне моих бедер и под юбку. Он подцепил большими пальцами резинку моих трусиков. Он начал их опускать.
И да, я позволила ему это сделать. Я хотела, чтобы мой брат раздел меня.
Я почувствовала, как трусики скользнули по моим ягодицам и вниз по ногам. Затем Майкл и мои трусики наткнулись на мои сапоги. Майкл изо всех сил пытался стянуть мои трусики поверх сапог, но у него ничего не получалось. В течение нескольких неловких мгновений мы боролись, пытаясь натянуть мои прозрачные белые трусики поверх сапог, прежде чем поняли, что это напрасные усилия.
Неловкость и неуклюжесть на мгновение нарушили страстность момента.
Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись над нашим нелепым положением. Мои трусики в беспорядке болтались у меня на лодыжках, безнадежно запутавшись в каблуках. Майкл держал меня за руку, чтобы удержать равновесие, когда я, спотыкаясь, шла к кровати. Мои лодыжки были сильно скованы. Подход к кровати, когда мои лодыжки были связаны трусиками, не был сексуальной сценой.
Я упала на кровать, задрав ноги высоко в воздух, и мои лодыжки "были связаны трусиками". Майкл взял мою левую ногу в свои руки и начал стаскивать с меня сапог.
В этой позе мои ноги были раздвинуты, а девственная вагина бесстыдно распахнута, пока мой младший брат пытался
Мой друг Коля Шевченко. часть 3