держала его за бедра и не без удовольствия смотрела, как толстый страпон исчезает в бледной худощавой жопе Максима. Кожа вокруг входа натянулась и покраснела.
Она понемногу увеличивала ритм. Толчки стали ритмичнее. Кожа шлепала о кожу. Громко хлюпала смазка, а еще громче стонал Максим на каждом входе — сначала от боли, потом… Глубоко внутри, когда головка страпона прошлась по определенной точке, по телу пробегала странная, острая волна. Не боль. Что-то необычное и приятное. Он всхлипнул снова, но уже иначе.
Лера заметила это, улыбнулась и начала целиться именно туда. Максим дернулся, пальцы впились в диван.
Она ускорилась. Каждый толчок теперь попадал прямо в простату. Бедра били о его ягодицы все громче и громче. Максим уже не просто терпел — он начал невольно подаваться назад, навстречу. Тело само искало эти удары. Член, до этого прижатый к подушке, теперь тек обильно, оставляя мокрое пятно.
Лера нагнулась, не сбавляя ритм, взяла руку Максима и положила на его же член. Ничего не понимающий от возбуждения, Максим инстинктивно начал дрочить в такт ее толчкам.
— Сжимай его крепче. Смотри… Да, вот так. Хороший мальчик.
Максим стонал уже открыто. Слезы все еще текли, но теперь стыд и боль смешивались с растущим, всепоглощающим, удовольствием. Каждый удар по простате заставлял его член дергаться в руке. Он начал двигать бедрами сам — назад, насаживаясь на страпон до упора, вперед — в свой скользкий кулак.
— Пожалуйста… Лера… я… я сейчас…
— Кончай, — приказала она. — Кончай, пока я трахаю тебя.
Лера начала вбивать страпон особенно глубоко и замирать, прижимаясь бедрами. Выдержав всего несколько таких тычков, Максим сильно сжал головку члена, резко провел рукой вниз к основанию, закричал и оргазм накрыл его волной. Это был настоящий взрыв изнутри — совершенно не похожий на то, как когда он дрочил сам. Простата пульсировала, сжималась вокруг силикона, и струи спермы били на подушку. Он кончал долго, судорожно дергаясь, всхлипывая, извиваясь. Страпон все еще был внутри, и каждое сжатие его мышц вокруг него усиливало спазмы.
Когда последнее сокращение прошло, Максим обмяк. Рухнул на подушку и дышал ртом, как после марафона. Слезы все еще блестели на ресницах.
Лера медленно вытащила страпон. Толстый силиконовый ствол выскользнул из растянутой, пульсирующей дырочки с влажным звуком, и Максим всхлипнул от внезапной пустоты. Отверстие осталось слегка приоткрытым, красным, блестящим от смазки.
Лера сняла ремни, бросила страпон на стол и села рядом с Максимом на диване, скрестив ноги. Она смотрела на него сверху вниз с легкой усмешкой.
— Ну что, — протянула она спокойно. — Понравился, первый раз с девушкой? Хорошо было, между прочим. Особенно когда ты начал дрочить и одновременно толкаться назад.
Максим медленно перевернулся на бок. В глазах — смесь стыда, облегчения и надежды. Он протянул руку, чтобы коснуться ее бедра.
Он справился! Он прошел испытание — не ныл и не сбежал. Теперь была его очередь. Сейчас он возьмет ее дырочки, но начнут они со сладкого миньета, о котором он всегда мечтал.
Лера перехватила его запястье. Улыбка стала холодной.
— Нет.
Он моргнул.
— Я… я же прошел испытание. Сделал, что ты просила. Я выдержал. Я не убежал. Значит… Ты обещала…
Лера тихо рассмеялась. Ядовито, насмешливо.
— Прошел? Посмотри на себя. Лежишь с растраханной дыркой, весь в своей сперме, и смотришь на меня этими мокрыми глазами, будто щенок. Ты серьезно думаешь, что ты настоящий мужчина? Ты кончил. От страпона. От того, что тебя ебали в задницу. Настоящий мужчина скорее бы умер, чем позволил себя выебать.
Экзамен