нее была прекрасная жизнь. Ее муж был бывшим сенатором, который хотел переехать жить в какое-нибудь тихое место после того, как потерял свое кресло.
— Тем не менее, он все еще выполнял кое-какую работу на правительство. Тим и Мария вместе со своими двумя сыновьями были семьей, словно сошедшей с одной из старых картин Рокуэлла. Казалось, что она повесилась из-за ничего, и из уважения к нему об этом старались умолчать, насколько это было возможно.
— Я могу себе представить. Какой ужас.
— Просто ужасно, что у одного из мальчиков случился нервный срыв, и его пришлось на некоторое время поместить в больницу. Другой мальчик, Уильям, сбежал, и с тех пор, насколько я знаю, о нем никто не слышал.
— А где сейчас Тим? – спросила она.
— Он переехал в Коннектикут, где были специалисты по лечению депрессии его сына. Бедняга дважды пытался покончить с собой в Чикаго.
— Ты слышал, в каком он состоянии сейчас?
— Я слышал от одной женщины в городе, которая дружила с Марией, что у сына все хорошо. Он даже вернулся в колледж, но он никогда не говорит о своей матери…никогда. Если она воспитывает его, а у него случаются приступы тревоги.
— Господи. - Прошептала Эмма. - Что, черт возьми, происходит с этим домом и семьями?
— Это... - Эрнест сделал паузу, и на этот раз Эмма подождала, пока он соберется с духом и скажет то, что хотел. - Ладно, я кое-что сказал, но дело в том, что я мало что знаю, кроме местных историй. Что я все время вижу, то как эта штука у тебя на шее появляется.
— Ты сказал, что я веду себя не как подобает леди и... - Эмма заколебалась, как и он, но затем просто продолжила. - Ты прав, я не такая, и это не похоже на меня. Я просто чувствую себя немного... не в себе с тех пор, как приехала сюда.
— У тебя есть что-нибудь из фирменного вина Робин?
— Да! Что в нем, какой-то наркотик? Какой-то... - Она замолчала, когда он поднял руку.
— Ничего такого жуткого, но давай просто скажем это…, - нахмурился он, подыскивая слова. - Ты когда-нибудь пробовали травку "рогатый козел"?
— Ничего из этого не пробовала.
— Это вино прославилось тем, что возбуждало людей, скажем так. Местные парни называли его "секс в бутылке". Из-за этого его сняли с продажи.
— Вино для изнасилования на свидании? - Глаза Эммы расширились.
— Я полагаю, люди, которые закрыли его, боялись, что оно может быть использовано для этого. Но рецепт был передан по наследству, и Робин припрятала его в своем винном погребе.
— И подарила его в качестве подарка на новоселье, я так понимаю.
Эрнест ухмыльнулся. - Как-то раз мы говорили с ней об этом, и она сказала, что хочет, чтобы новые люди расслабились и получили как можно больше удовольствия от своей первой ночи в новом доме.
— Значит, женщины, которые жили здесь раньше, вели себя... не как леди?
— Мария и Мэри были очень правильными женщинами. Мужчины могли бы использовать слово "фригидные". Прожив здесь несколько недель, они разгуливали по городу, одетые как девочки вдвое моложе их. - Он указал на нее: - Вроде как ты. Слышал, ты юрист. Юристы так одеваются в присутствии молодых людей и дразнят их?
— Нет, но к чему мы клоним?
— Наверное, я тоже шучу, - признался он. - Как я уже сказал, я знаю только некоторые вещи, но есть кое-кто, кто хочет с тобой поговорить.
— Кто? - Ее желудок снова сжался от того, как он это произнес.
Игра "Табор" - Часть 1.