теле трусиками. Умостилась, подвигала уютно телом. Сижу. Ребята сдвинулись ко мне, как будто на трехметровом диване мало места. Молодцы! Орлята мои!
Один из них - скачет с пультом, даже не пытаясь прикрыть торчащий член, едва не выпадающий из трусов.
Поднимаю глаза - а на экране телевизора...... Красивая, ногастая, грудастая взрослая женщина... Блондинка! Уж не меня вы тут себе представляли, а?! Голая... Похоооожа на меня, ох!... Окружена несколькими мужчинами... Я не в зеркало там смотрюсь, нет?
— Что за фильм? - спрашиваю.
— Да про любовь, - отвечает, кажется, мой старший.
Да, молодец, не растерялся. Смешно! Улыбаемся друг другу все…
— Ох и теплынь тут у вас, - говорю, - а я в шубке пришла, думала замерзну...
— Так снимайте, тёть! - младший племянничек вступил.
— Ну не знаааю... - я затянула как телка, - я не очень-то обильно одета - все же спать собираааалась...
— Да можешь скинуть уже шубу, мам! - это мой старшенький, - Я прикрою!
Шубка медленно сползает с моих красивых полненьких плеч. Ниже. Еще ниже! Моя шикарная грудь - почти уже голая! Ну, и как же ты ее прикроешь, а?! Сорванец изловчился - он сидел позади меня, просунул руки вперед, обвился вокруг моей взрослой, но стройненькой талии, и прикрыл большими ладонями мои сосочки! Вот какой догадливый! У меня отличная грудь! Я ни грамма не преувеличиваю, не подумайте! У нас с сестрой - от мамы досталось, подвезло. Груди красивые, шарообразные, почти не отвисшие, с крупными светло-коричневыми сосками немного в стороны и вверх. Сиськи упругие, тяжеленькие такие! Держится мой малыш, прикрыл мамины грудочки. Вот сорванец ловкий какой! Находчивый ты мой...
Остальные - в восхищении смотрят. На телевизор - даже внимания не обращают! Значит, я еще могу увлечь молодежь!
В телевизоре женщина уже встала на коленки и сосет у них вовсю... Я сама уже готова просто упасть на пол, головой на скрещенные впереди себя руки, и встать раком - задрать задницу, раздвинуть коленочки, прогнуть спинку, и пусть ребята по-очереди отработают в меня... Но - нет! Хочу, чтобы все красиво началось... Заканчиваться-то будет всё одним...
— Ой, как здорово актриса умеет это делать! - говорю с придыханием, как бы в восхищении и показываю капризно пальчиком.
А у самой уже трусики влажные... Сынок начинает мять мои сисечки...
— Теть, да вы еще лучше умеете! - старший племяш выпалил, и покрылся краской.
— Ну, не знаю, делают-то все женщины, конечно... - начинаю подыгрывать я, жеманно растягиваю гласные, - но чтобы вот так, чтобы прям как в кино...
— Да неее! Мам, ты очень хорошо умеешь со… - осекся, стесняется называть своими именами вещи, - конечно, получше этой делаешь! - слышу я голос своего младшего.
И ребята начинают наперебой обсуждать, как я делаю минеты... Делала... При них. И им тоже... От того, как яростно они обсуждают мои скромные умения, какие слова используют, старательно избегая мата, хотя едва не произносят несколько известных всем простых слов... И представляя, какими бы словами они пользовались, не будь меня в комнате... Ах! У меня голова совсем кругом пошла. Да еще и сынок ласкает большими, совсем как у взрослого уже мужчины, сильными ладонями, мои груди...
Хорошо, подыграю им! Я, привстав якобы поудобнее пересесть, обильно двигаю попой, плечами, и - подворачиваю ногу на высоком каблуке, и начинаю сползать на пол. Ребята, ну настоящие джентельмены! - поддержали меня за мои красивые пухленькие руки, пока я не опустилась аккуратно, тихонько около дивана на коленочки... Такие же мило пухленькие, как и все мое шикарное тело. А потом слегка, в удивлении и полуиспуге,
Минет для всех