Она улыбнулась, застегивая пуговицы. Их глаза встретились, и в этом взгляде было нечто большее, чем простое физическое удовлетворение. Это было узнавание, некое молчаливое соглашение о том, что теперь между ними всё будет хорошо.
– Больше никаких разговоров об этой моей слабости по пути на дачу– сказала она, поправляя волосы.
– Договорились, – кивнул Степан. – Теперь будем обсуждать только твои достоинства.
Ольга рассмеялась, чувствуя внутри приятную, томная тяжесть. Она подошла к нему и коротко, но крепко поцеловала в губы.
– Пошли – сказала она. – Кажется, нам обоим нужно выпить чего-нибудь холодного.
Они вышли на крыльцо дома, вдыхая прохладный вечерний воздух.Встали рядом с курившим Антоном.
. Солнце уже почти село, окрашивая небо в глубокие пурпурные и оранжевые тона. Степан был рядом с ней, время от времени касаясь её плеча, и Ольга чувствовала, как остаточное тепло от их близости греет её изнутри. Впереди был целый вечер, и никто из них не собирался тратить его впустую.
– Ты в порядке? – Степан спросил отца.
– В полном, – Антон стряхнул пепел. – Просто нужно переварить.
Сын молчал. Он понимал, что между ними что-то изменилось. Олька больше не была просто «девушкой сына» — она стала частью их двоих, связующим звеном, которое неожиданно и странно соединило их.
– Она классная, – сказал Степан, наконец.
– Очень, – согласился Антон. – И с огоньком.
Антон усмехнулся, чувствуя, как внутри него снова закипает желание.
– Согласен. Пошли обратно. И, кажется, вино еще осталось.Да и мать с Максом должны уже из бани вернуться.
Моя первая командировка