Иногда я ходила к болоту одна. Раздевалась. Садилась на мох. И ждала, пока холодные пальцы поднимутся из воды и войдут. Это было лучше любого мужчины. Лучше Насти. Лучше всего.
Зимой деревня стала ещё тише. Люди почти не выходили. Только по ночам слышались стоны из разных домов. Мы все кормили. Все.
Весной я получила письмо из города. Родственники спрашивали, когда вернусь. Я сожгла письмо в печи и пошла к Степану.
Мы трахались на полу его избы до рассвета. Он кончил три раза. Я — больше. Когда он уснул, я вышла босиком в туман. Хозяйка ждала у калитки. Я опустилась перед ней на колени. Её рот коснулся моего лба. Холодно. Сладко. Правильно.
Я больше не хотела уезжать.
Год закончился. Я осталась.
А туман продолжал ползти по улицам Верхних Ключей — сытый, довольный и очень, очень голодный до следующего раза.
Экзамен