ответил я, одновременно чуть сильнее прижимая пальцы к самому краю её белья.
Аня тихо выдохнула сквозь зубы и под столом сжала моё бедро в ответ.
Мы ушли ближе к одиннадцати, сославшись на усталость после «долгого дня». Юра проводил нас до калитки, хлопнул меня по плечу и громко, чтобы Надя слышала, сказал:
— Не скучайте, молодые. И заходите ещё. А то скучно здесь без компании.
Домой мы шли быстро, почти молча. Едва калитка нашего двора закрылась за нами, я прижал Аню к деревянной поверхности забора и поцеловал жадно, не сдерживаясь. Она ответила тем же, запуская руки мне под футболку, прижимаясь всем телом.
— Весь вечер... - выдохнула она мне в губы. - Я думала только о том, как ты трогаешь меня под столом. И о том, что будет, когда мы останемся одни.
— Сейчас узнаешь, - хрипло ответил я и поднял её на руки и понёс к дому.
Я нёс её через двор быстро, почти не глядя под ноги. Аня обхватила меня за шею, целовала в скулу, в уголок губ, в шею. Едва дверь дома закрылась за нами, я опустил её на пол только для того, чтобы прижать к стене в прихожей и снова поцеловать - уже жёстче, глубже. Она отвечала так же, запуская руки мне под футболку, проводя ногтями по спине.
— Наверх... - выдохнула она между поцелуями. - Хочу на кровати. Хочу видеть тебя.
Я поднял её снова и понёс по лестнице. В спальне мы почти сразу оказались на кровати. Я стянул с неё майку одним движением — груди оказались прямо передо мной, соски уже твёрдые. Наклонился, взял один в рот, сильно пососал, пока она не выгнулась и не застонала. Юбку и трусики снял следом. Она помогала, приподнимая бёдра. Я тоже избавился от одежды за несколько секунд.
Когда я лёг между её ног, она уже была очень мокрой - я почувствовал это сразу, едва провёл головкой по горячим складкам. Одним резким сильным движением я вошёл до конца. Аня вскрикнула, резко выгнулась и сразу обхватила меня ногами, пятками впиваясь мне в поясницу.
— Ааах... - выдохнула она хрипло. - Не жалей меня сегодня.
Я начал двигаться. Уже не медленно и не осторожно - жёстко, глубоко, почти грубо. Каждый толчок выбивал из неё короткий стон. Она впивалась ногтями мне в плечи, оставляя царапины, поднимала бёдра навстречу, стараясь принять ещё глубже.
— Сильнее, Саша... - голос срывался. — Я хочу чувствовать, как ты меня.... трахаешь. Правда. Не сдерживайся.
Я подхватил её под бёдра, приподнял и начал вбиваться короткими мощными движениями. Кровать заскрипела громче. Влажные шлепки кожи о кожу заполняли комнату. Аня стонала уже почти без пауз, запрокинув голову, открыв рот. Я наклонился и грубо поцеловал её, кусая нижнюю губу. Она ответила тем же - жадно, почти зло, запуская язык мне в рот.
— Нравится? - выдохнул я ей в губы, не сбавляя ритма. - Нравится, когда я вот так?
— Да... - она всхлипнула и сама насадилась сильнее. - Очень. Ещё. Не останавливайся. Хочу, чтобы ты меня трахал сегодня.
Я перевернул её на живот одним движением, подхватил за бёдра, поставил на колени и вошёл сзади сразу до упора. Аня вскрикнула в подушку, ее пальцы вцепились в простыню. Я держал её за талию и имел жёстко, глубоко, почти без пауз. Она подавалась назад сама, встречая каждый толчок, стонала громко, иногда срываясь на сдавленный крик.
— Саша... Саша... я сейчас... - прошептала она прерывистым голосом.
Я ускорился ещё. Одна рука скользнула вперёд, нашла клитор, начал быстро тереть в такт движениям. Аня резко выгнулась,
Туфли и паркет