В ответ тут же прилетела куча смеющихся смайликов. «Она совсем не такая, как я, ты же это уже поняла? — написала Вика. — Даже безумные игры Кристины и мамы Светланы не идут ни в какое сравнение. Те все-таки остаются в рамках. А вот Женя... Женя умеет по-настоящему вскрывать девушек, обнажая их суть».
«И сейчас она вскрывает меня?» — спросила Алиса.
«Да, дорогая».
«А почему ты сама этого не сделала?»
«Не хочу, — честно призналась Вика. — Ее методы меня не так сильно возбуждают».
Алиса лукаво прикусила губу и набрала: «То есть ты не хочешь покормить меня тортом с ложечки, со своей ноги и собственных ягодиц?»
«Серьезно?!» — Вика прислала смайлик с огромными от удивления глазами.
«Да. Я только что так поужинала».
«И тебе это понравилось?»
«Неожиданно, но мне пока всё нравится, — ответила Алиса. — Она не жестит. Ну, подумаешь, потушила об мою ягодицу сигарету...»
«Ого. Я поэтому всегда с опаской смотрела на ее предложения, — за задержкой ответила Вика. — Многие девушки просто не выдерживали такого тотального контроля. Им становилось душно».
Алиса улыбнулась и мгновенно парировала: «Это потому, что у них синтезатора под рукой не было».
Экран снова взорвался смеющимися смайлами.
«Как там Кристина и мама Светлана?» — поинтересовалась Алиса.
«Передают тебе горячий привет, — ответила Вика. — Мы как раз лежим в постели. Намочили ее уже по полной программе, празднуем с бокалами красного».
Алиса отправила в ответ улыбку, а затем добавила: «Чего мне еще от нее ждать? Поделись».
«Тебе понравится. Одна девочка как-то рассказывала, что Женя с ней сделала... Скажем так: это очень неожиданно. Но безумно приятно».
«Спойлеры будут?» — с надеждой спросила Алиса.
«Никаких. Жди».
Алиса подошла к синтезатору и принялась тихо наигрывать новую, тягучую мелодию. Закрыв глаза, она отчетливо представила, как журчит ее собственная струя — не как спокойная ленивая река, а как бурлящий, упругий фонтан. От этих мыслей волна жара вновь прокатилась по телу. Оставив инструмент, Алиса переместилась на кровать. Тяжело дыша от нарастающего возбуждения, она расслабилась и позволила новой горячей волне излиться прямо под себя, щедро окропляя постель.
На ее губах заиграла довольная улыбка. Взяв телефон, она быстро написала Евгении: «Можешь зайти? И принеси, пожалуйста, воды, если есть в бутылках».
«Конечно, уже иду», — последовал незамедлительный ответ.
Вскоре дверь спальни открылась, и Евгения вошла внутрь, сразу же заперев комнату на замок. В руках она держала прохладную воду.
— Я могу попросить тебя кое о чем? — тихо, глядя снизу вверх, спросила Алиса.
Алиса сделала несколько жадных глотков, а затем, набравшись смелости, произнесла:
— Можешь... присоединиться к нашей рубиновой истории?
Евгения замерла. Она сделала глубокий глоток из своей бутылки, прислушиваясь к собственному телу, и ее глаза хищно блеснули от внезапного ответного желания.
— Я сделаю кое-что получше, — вкрадчиво протянула женщина. — Ложись на спину, в позу распятия.
Алиса послушно раскинула руки вдоль головы, полностью открываясь перед ней. Евгения с царственной улыбкой подошла ближе и грациозно устроилась прямо над бедрами девушки. Сверху вниз глядя в глаза своей пианистки, женщина расслабилась. Секунду спустя из ее лона хлынула плотная, горячая струя, направленная точно в интимную зону Алисы.
Младшая девушка завороженно наблюдала за лицом Евгении, ощущая, как между ее собственных бедер растекается обжигающее, чужое тепло, смешиваясь с ароматами простыней. Это было вершиной их порочного единения.
Когда поток иссяк, Евгения наклонилась, нежно поцеловала тяжело дышащую Алису в губы и, ничего не говоря, вышла из спальни. В тот короткий миг, пока дверь была приоткрыта, Алиса успела заметить в коридоре крепких мужчин-рабочих: они молча несли две массивные деревянные бочки в сторону просторной ванной комнаты.
спасибо жене за это.