бы раньше не подумала, что в саму преисподнюю можно добраться на троллейбусе, – призналась она.
— УУУУ... – снова махнул рукой дед, не оборачиваясь, – Да на наших советских троллейбусах ещё и не сюда заехать можно!
— Пост-советских.
— Чего?.. А... Ну, да. Всё никак не привыкну...
Минуту или две после этого они шагали молча. Вокруг не видно было ни зги, и Даша изо всех сил старалась не отставать от излучающего почти незримое серебристое свечение силуэта старика. Впервые за всё время ей овладел необъяснимый страх, и казалось, что, если она хоть на миг выпустит из рук его сухую старческую ладонь, неминуемо сгинет тут навсегда в темноте и одиночестве.
Наконец дедуля замедлил шаг и остановился.
— Гм... – задумчиво произнёс он. – Похоже, они хотят ещё кое-что проверить.
— Что проверить? – не поняла Даша.
— Твою лояльность.
Глянув через плечо своего попутчика, девушка узрела перед собой нечто неожиданное. Это были сани. Но не обычные, а спортивные. Наподобие тех, что используют в соревнованиях по скоростным спускам. В их обтекаемом корпусе отражались далёкие невнятные отблески. И это придавало ещё больше загадочности и привлекательности остроносому стремительному болиду.
— Мою лояльность? – скривилась в удивлении Даша. – Кто-то хочет, чтобы я прокатилась на этом по равнинной поляне, на которой даже нет снега?
— Всё так. И ты же понимаешь, что это не простой боб?
— Догадываюсь. Но я никогда в жизни таким спортом не занималась и понятия не имею...
Она осеклась на полуслове, когда увидела, как старик, проявив неожиданную прыть, ловко запрыгнул и уселся в спортивном снаряде как заправский гонщик.
— Теперь ты! – скомандовал он, надевая шлем.
— В смысле «я»? Это ведь одноместный, как его... боб!
— Всё правильно, – пробубнил дед из-под защиты. – Его вообще-то по-правильному называют «монобоб», но мы с тобой поедем на нём вдвоём. Смотри-ка, тут и для тебя головной убор припасён!
Он радостно потряс в руке ещё одним шлемом.
— Да как вдвоём? Куда я, на колени, что ль, к Вам сяду?
— А почему бы и нет? Давай, не ломайся! Он враз нас домчит. А то пёхом-то мы с тобой вечность ещё телепать дотуда станем.
Слово «вечность» прозвучало для Даши вовсе не так уж гротескно, учитывая все обстоятельства. Она вздохнула и, махнув рукой, полезла в боб к старику на колени.
— Была не была... Лояльность – так лояльность... – всё бормотала она про себя, думая, как бы ей усесться. – И чего тут куда? Как надо сидеть, чем управлять?..
— Давай условимся: я буду пилот, а ты, стало быть...
— Пилотка? – засмеялась Даша собственной скабрезной шуточке.
Поначалу казалось, что влезть вдвоём в такую тесную штуковину просто невозможно. Однако мало по малу боб, не привлекая внимания к своим трансформациям, немного удлинился, расширился и даже стал чуть повыше.
— Нет. Ты будешь разгоняющим, – пояснил дед.
— То есть мне придётся эту фигню толкать? – уточнила девушка, уже зависнув попой над стариком.
— В некотором роде...
— Так мне садиться или нет?
— Ага, ты присаживайся и на-ка, надень вот эту шапку. Ты будешь обеспечивать нам разгон по-другому. А я буду править, рулить значит.
Даша осторожно опустила зад на стариковские колени и напялила на голову шлем. И лишь после этого ясно вдруг осознала, как всё будет происходить. Затемнённое забрало опустилось на глаза, а уши заволокла тягучая тишина.
Несмотря на кажущуюся тесноту одноместного боба, места в нём теперь хватало обоим. Вытянуть ноги вперёд у девушки всё равно не вышло, ей пришлось согнуть их в коленях и раскинуть по сторонам, уперевшись в переднюю панель.
Вакансия секретарши-нижней