Я стоял у двери своей квартиры. Хотя в своей ли? Я живу в ней на птичьих правах: Светлана в любой момент может меня выгнать, хотя и она здесь не хозяйка. Я потоптался у двери, так и не решившись открыть замок своим ключом. Позвонил. Прислушался, надеясь, что Светы нет дома, и я отсрочу разговор с ней. Но за дверью послышались шаги. Сердце замерло: как отнесется моя невеста к моему облику и, самое главное, к моему признанию, которое я должен сделать?
Дверь распахнулась.
Света увидела меня, и на её лице застыло изумление, затем на нем отразился восторг.
— Какая прелесть! — вскрикнула она и втянула меня за руку в прихожую.
Я ожидал чего угодно — скандала, упреков, молчаливого презрения, но такой реакции не ожидал. Мое преображение, похоже, привело ее в восторг.
Света принялась стаскивать с моих плеч шубку.
— Давай же, снимай ее быстренько! —
Когда шубка оказалась у неё в руках, она прижалась к меху щекой.
— Какая прелесть! — восторгалась Света.
Черт, это она о шубе, а я-то раскатал губенку! Света облачилась в это меховое чудо и крутилась перед зеркалом, не обращая на меня внимания. Пользуясь ее эйфорией, я позвонил Ольге, развернул телефон, чтобы она видела мою невесту, и начал говорить, с трудом подбирая слова:
— Светлана, в последние дни я много думал. Я не такой, как все.
Я отличаюсь, — слова давались мне тяжело.
— Я осознал, я не могу быть мужчиной в традиционном смысле.
Я создан не для принятия решений, а для подчинения, для выполнения воли женщины. Я подстраиваюсь под партнера, а не беру инициативу на себя. Мне нужна дисциплина. И я сделаю все, чтоб хотя бы приблизиться к идеалу как внешне, так и эмоционально. Я создан поклоняться и выполнять приказы. Я должен доставлять удовольствие, не думая о себе. Я безотказная шлюшка. И я готов идти по этому пути.
Я высказал всё, что от меня требовала Ольга, и стоял, ожидая приговора. Света повернулась ко мне.
— Ты меня поняла? — спросил я дрожащим голосом.
— Поняла, — ответила она, как мне показалось, уж слишком легкомысленным тоном. Мне было обидно: я открыл перед ней свою душу, а она отнеслась к моему признанию так, как будто я говорил о погоде: завтра, возможно, будет дождь.
После паузы Светлана добавила:
— У каждого в голове свои тараканы. Ты можешь делать что хочешь. И если будешь соблюдать договоренность относительно нашего совместного проживания, то флаг тебе в руки и барабан на шею.
Я выдохнул одновременно с облегчением и разочарованием. Несмотря на наши несколько натянутые отношения, Света стала для меня уже не посторонним человеком, а может, даже близким. Я развернул телефон, увидел на экране лицо Ольги, выражающее крайнюю степень торжества.
— Вот видишь, это не так и страшно, — произнесла она, улыбаясь.
— Я горжусь тобой, моя девочка. — И отключилась.
Я стоял в центре комнаты с телефоном в руке. А Света не спеша ходила вокруг меня, внимательно рассматривая.
— С последней нашей встречи ты изменилась, — вынесла она свой вердикт.
Я кокетливо дёрнул плечиком:
— Стала лучше или хуже?
— Я бы сказала, стала соблазнительней. Ты надолго ко мне?
Я замялся, поскольку и сам не знал. Пожал плечами.
— Там видно будет.
— Кстати о будущем. Ты не смогла бы подарить мне свою шубку?
— Я не знаю, это же реквизит. Может, после съёмок я спрошу.
— Валюша, а если ты дашь своей невестушке немножко денежек, я сама куплю себе что-нибудь красивенькое.
Вот бабы, всем им деньги подавай, подумал я и осёкся, поймав себя на мысли, что и сам приберёг энную сумму у себя на
Студент, береги яйца (Главы 1 - 2)