– Дима... – голос вышел тише, чем она хотела. – Можно вас на секунду?
Он остановился, посмотрел на нее, потом на Дениса, и уголки губ чуть дрогнули.
– Ну что, герой вечера не выдержал? – сказал он без издевки, скорее с иронией. – Давайте, помогу.
Она кивнула, даже не пытаясь скрыть облегчения.
– Спасибо. Он... совсем.
Дима подошел ближе, наклонился, кое-как подхватил Дениса под одно плечо. Юля – под другое. Тело оказалось тяжелым, безвольным, как мешок. Денис что-то промычал, голова мотнулась, и прядь волос снова упала на лицо.
– Держи крепче, – сказал Дима, перейдя на «ты». – Он тяжелее чем кажется, а я не качок.
Они медленно, шаг за шагом, потащили его к подъезду. Платье Юли цеплялось за колени, ткань натягивалась на бедрах с каждым движением. Было действительно тяжело. Денис волочил ноги, почти не помогая. Дима дышал рядом ровно, но с усилием.
– Тяжело, да? – тихо спросила она.
– Терпимо, – ответил он. – Главное – дотянуть до лифта. Дальше уже проще.
Они вошли в подъезд. Прохладный воздух ударил в лицо. Свет в холле был тусклым, желтым. Их шаги гулко отдавались по плитам. Денис снова что-то пробормотал, и Юля почувствовала, как его голова на мгновение прижалась к ее плечу.
До лифта оставалось несколько метров.
Наконец, они дотащили его до лифта и остановились у дверей, и Дима свободной рукой нажал кнопку вызова. Преодоленное расстояние было небольшим, но на него ушло пять минут и они оба выдохлись.
Юля стояла, придерживая Дениса, и смотрела, как медленно загораются цифры этажей на табло.
Они зашли втроем в лифт, который был старый, можно сказать советский, с тяжелыми дверями и медленным, почти мучительным ходом. Кнопка двадцать первого этажа загорелась тускло-желтым, двери с металлическим лязгом сомкнулись, и кабина дрогнула.
Они встали так, как получилось: Дима прислонил Дениса спиной к задней стенке, а сам стал сбоку. Денис по-прежнему висел на его плечах, голова моталась, дыхание тяжелое, с присвистом или даже храпом. Юля оказалась с другого бока – одной рукой она продолжала поддерживать его под локоть, другой упиралась в стену, чтобы не потерять равновесие.
Было тесно. Пахло чужим вином, потом, легким запахом одеколона Димы и перегаром. Юля стояла близко и чувствовала тепло его тела через ткань рубашки.
Лифт ехал медленно. Первые этажи сменялись один за другим, цифры на табло вспыхивали с томительной паузой. Юля подняла глаза – и встретилась взглядом с Димой.
Он смотрел прямо на нее.
Не так, как обычно в подъезде – вежливо, чуть отстраненно. Сейчас взгляд был другим. Тяжелым, цепким, будто он уже давно что-то решил и теперь просто приступал. Хищным. Юля почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось. Она резко отвела глаза, уставилась в пол, на свои туфли, на края черного платья.
И почти сразу почувствовала руку.
Теплую, уверенную, широкую. Она легла на ее ягодицу поверх тонкой ткани. Не осторожно, не случайно. Сразу жадно. Пальцы сжали, размяли, провели вниз и снова вверх, с силой, будто проверяя, какая она на ощупь. Юля дернулась, но отступить было некуда – Денис прижимал ее с одной стороны, а с другой была стена кабины.
Она повернула голову на Диму.
– Ты что... – голос вышел шипящим, почти шепотом. – Убери.
Дима не убрал. Наоборот – пальцы сжались сильнее, мяли плоть под платьем, проводили по изгибу, нажимали так, что ткань впивалась в кожу. Он смотрел ей прямо в глаза. Улыбался. Нагло, спокойно, без тени смущения. Губы чуть приоткрыты, в уголках легкая и пьяная усмешка.
– Тише, – сказал он совсем тихо, почти беззвучно. – Не шуми.
Юля снова шикнула, дернула бедром, пытаясь скинуть руку,
Познание рабы (интернет версия). Глава 2. День девятый