Я... да, — выдавила Челси. — Просто... посмотреть.
— Ну смотри. — Он вошёл, и комнатка стала ещё теснее. От него пахло сигаретами и чем-то сладким — может, жвачкой. — Ты теперь легально можешь. Поздравляю.
Он сказал это легко, как шутку, но Челси почувствовала, как краска заливает лицо до корней неудачной стрижки. Она знала, что он помнит её со школы — толстуху, которая сидела на задней парте и молчала. Что он никогда не смотрел на неё как на девушку. Что для него она была просто Челси-толстуха из школы, а теперь - Челси-кассирша из «Таргета», толстая серая мышь в мешковатой одежде.
— Вот, — Фил протянул руку и вытащил кассету с полки, не глядя.
— Дженна Джеймисон, «Голубой фильм», новая студия «Викед Пикчерс». Она только что подписала с ними контракт — это её первая новинка под их лейблом. Самая ходовая сейчас.
Челси взяла коробку. Дженна на обложке смотрела прямо в камеру — блондинка, идеальная, с губами, которые, казалось, знали все секреты мира секса. Челси почувствовала себя голой в своей куртке, с своим жирным животом и обвисшими грудями, которые она прятала даже летом.
— А тебе что нравится? — спросил Фил, и в его голосе что-то сместилось. — Ну, вообще. Какой жанр.
— Я не... — Челси сглотнула. — Я не знаю. Я просто...
— Просто, — повторил он. Теперь он стоял ближе. Не вплотную, но достаточно, чтобы она чувствовала тепло его тела. — Все начинают с «просто». Но ты же пришла за чем-то конкретным, Челси.
Её имя в его устах прозвучало иначе, мягче. Она почувствовала, как внизу живота что-то сжалось — стало стыдно и горячо.
— Я... — Она смотрела на корешки, не в силах поднять глаза. — Может... что-нибудь... не очень...
— Не очень что? — Он наклонил голову, и она услышала улыбку. — Жёсткое? Мягкое? Грязное?
Последнее слово повисло в затхлом воздухе комнатки. Челси почувствовала, как соски под бюстгальтером затвердели, и возненавидела себя за это — за то, что её тело реагировало, когда она не хотела, когда она боялась, когда он стоял так близко и смотрел на неё с этим новым, странным выражением, которого она раньше не видела.
— Вот, — Фил сам снял кассету с верхней полки. На обложке — крупный план, женщина на коленях, рот раскрыт. — «Глубоко внутри Кейтлин». Кейтлин Эшли. Если хочешь... ну. — Он помолчал. — Если тебе это интересно.
Он держал кассету, протянув ей, и смотрел. Челси подняла глаза — и встретила его взгляд. В нём не было привычной нейтральной приветливости. Появилось что-то другое — тёмное, любопытное, как будто он впервые увидел её. Не просто толстуху из школы, а девушку, которая стоит в секции 18+ и краснеет так, что жарко от неё на расстоянии вытянутой руки.
— Возьми, — сказал он тихо. — Тебе понравится.
Она взяла. Их пальцы соприкоснулись на краю коробки, и Челси показалось, что она сейчас умрёт — прямо здесь, между стеллажами с порнографией, под тусклой лампой, в комнате с бисерной шторой, покачивающейся за его спиной.
— Спасибо, — прошептала она и поспешно выскочила из взрослой секции, прижимая кассету к груди обеими руками, как щит.
Фил посмотрел ей вслед — на широкую спину в мешковатой куртке, на неуклюжую походку, на то, как она торопилась к кассе, будто за ней гнались. И впервые поймал себя на мысли, от которой стало жарко в паху: ему понравилось, как она была жалкая. Как краснела. Как не могла посмотреть ему в глаза. Как нервно вцепились её пальцы в коробку из-под кассеты.
Моя фантазия