В 2005 году я жил на пределе человеческих возможностей. Иностранная компания, куда я устроился, платила неплохо, но взамен выжимала до капли: шестнадцать, а то и восемнадцать часов смены подряд были нормой. К концу дня я не просто уставал — я превращался в сухую, звенящую от напряжения тень. Наш сын уже подрос, ему исполнилось пять лет, но постоянная выматывающая работа и плотный график практически не оставляли сил на личную жизнь. Той осенью Наташка уехала к своей родне в Россию на пару месяцев. Сынишка остался дома со мной и бабушкой — моя мать с радостью взялась помогать с внуком, так что за дом я был спокоен, хотя сам буквально жил между дежурствами и короткой отключкой во сне.
С Кристиной всё началось ещё в девяносто шестом. Мы познакомились случайно в областном центре. Никакой страсти — просто какая-то удивительная душевная волна. Мы могли часами говорить по проводному телефону, предварительно заказывая разговор на переговорном пункте и выстаивая очереди в душных кабинах. Годы шли, жизнь закрутила каждого в своем омуте, мы так больше и не встретились.
А однажды, уже работая в фирме, я набрал знакомый номер прямо из офиса — пользуясь служебным положением и бесплатной связью. Ожидал услышать Кристину, но в трубке раздался совсем другой голос. Молодой, чистый, с безупречной, мягкой интонацией.
— Кто это? — растерялся я.
— Я Таня, сестренка Кристины, — ответил мне голос.
Меня будто током ударило. В последний раз, когда я видел Таню, она была совсем крохой на руках у матери. А теперь из динамика звучал голос взрослой девушки. Мы разговорились. Постепенно редкие звонки переросли в переписку в бумажных конвертах, а потом наступил 2005 год, и у меня появился предмет невероятной гордости — сотовый телефон, легендарная «Nokia 3410». Серый, неубиваемый кирпичик, с белой окантовкой младший брат легенды "Nokia 3310", который и связал нас напрямую. Наташа была в курсе наших звонков и переписки но её она не напрягала. Слишком из разных миров были мы с Таней.
В тот сентябрьский вечер день выдался сумасшедшим. Я уже готовился уезжать с завода. На парковке возле здания возился со своим «Эндуро-350» — техника была не новая, но надежная, с характерным басовитым рыком. Я уже заводил мотоцикл, когда в кармане зазвенела «Нокиа».
— Алик? Это Таня. Я в Кочкоробаде. Приехала по работе от компании, остановилась тут. Ты свободен сегодня вечером?
Начало осени еще баловало длинными, теплыми сумерками. Я поправил куртку, прыгнул на сиденье и погнал своего железного коня к представительству её фирмы. Одна широко известная телефонная компания обустроившая в нашем регионе сотовую связь.
Она ждала у входа. Я узнал её мгновенно, хотя «вживую» взрослым человеком видел впервые. Удивительное сходство с Кристиной: тот же редкий пепельный блонд, та же хрупкость. Худенькие, немного мальчишеские плечи, на которых пышными локонами лежали светлые волосы, маленькая грудь под легким свитерком и невероятно длинные стройные ноги.
— Привет, Алик, — улыбнулась она, изучая меня взглядом. — А ты в жизни старше и серьезнее, чем по телефону.
— Привет, Тань. А ты... совсем не похожа на того ребенка с фотографии с Кристиной. Настоящая взрослая девушка.
Я заглушил двигатель, огляделся и мотнул головой в сторону будки охраны у въезда на территорию офисного центра.
— Слушай, давай, чтобы не таскаться с техникой и шлемами, прямо здесь её и оставим. У меня тут дежурный сторож знакомый.
Я подкатил «Эндуро» к будке, поздоровался с усталым дежурным и протянул ему смятую купюру: «Каныбек брат выручай, присмотри до ночи, ладно?». Тот понимающе хмыкнул, кивнул на Таню и спрятал деньги в карман: «Поставь во
январские каникулы