после вибрации, было настолько сильным, что она кончила почти сразу же, её внутренние мышцы трепетали вокруг него. Он трахал её, его грубые руки ощупывали её избитые груди.
Он кончил с рёвом, наполнив презерватив, и вышел из неё.
Следующим был Виктор, он перевернул её на живот. Он вошёл в неё сзади, его длинный, гладкий член легко скользнул внутрь. Он трахал её с той же расчетливой точностью, каждый толчок попадал в точку, от которой у неё сверкали звёзды перед глазами. Он шептал ей на ухо грязные слова, называя её своей идеальной, использованной шлюхой, своей собственностью, и она верила каждому слову, пока ещё один оргазм, более мягкий, но глубокий, прокатывался по ней.
Последним был Сергей. Он поставил её на четвереньки. Он не входил в её влагалище. Он прижал свой член к её больному, растянутому анусу. Она была расслаблена после жестокого изнасилования Алексеем, но всё ещё напряжена. Он медленно входил, жжение было восхитительным, и начал двигаться. Это было владение. Это была метка. Он трахал её задницу в ровном, мощном ритме, одной рукой сжимая её светлые волосы, другой снова и снова шлёпая её покрасневшую задницу. Смесь боли и глубокого, полного проникновения довела её до ещё одного предела, до кричащего, рыдающего оргазма, который, казалось, разорвал её душу на части.
Он вошёл в неё, его тело содрогалось, прижимаясь к её телу.
Они обрушились на неё, множеством возбуждённых неутомимых членов, насыщаясь проникновениями во все её влажные, податливые отверстия. Лена лежала в центре, с готовностью и страстью, бесстыдно предоставляя себя всю. Кожаный ошейник был единственным, что ощущалось реальным на её коже.
Спустя долгое время Виктор приподнялся на локте. Он провёл пальцем по свежему синяку на её бедре. «Володя позвонит завтра», — небрежно сказал он. «Для твоей еженедельной видеоконференции».
Затуманенное сознание Лены на секунду сфокусировалось. Она посмотрела на него, затем на остальных. Медленная, зловещая улыбка коснулась её распухших губ. Она вспомнила о семени садовника у себя в горле, о масле управляющего на её бёдрах, о насилии сантехника и о трёх мужчинах, окружавших её сейчас.
«Хорошо», — прошептала она, голос её охрип от крика. «Пусть он увидит».
Лена и Пикачу