— Нормально всё будет. Я пососу твой хуй с удовольствием. Я хочу. Очень сильно. Мне это надо. Пожалуйста...
— Ну смотри, шлюшка. Если ты уверена, то можешь взять у меня за щеку. — Потом я опять её поцеловал и нежно прошептал. — Не стоит придавать сексу очень большое значение. Это лишь маленькая, хоть и очень приятная часть жизни. После этого я продолжу тебя уважать, буду очень вежливым и внимательным. Не буду требовать повтора, если ты будешь против, а сейчас...
Я отодвинул в сторону клавиатуру и мышь. Перешагнул через её ноги. Уселся на стол прямо перед ней и расстегнул ширинку.
....
Сначала я заметил, что мужики перестали шутить про Сонучку. Её опоздания, способы парковать машину, забавные оговорки и ошибки на работе перестали смешить мужиков.
Каждый раз, когда я начинал говорить о ней, все становились какими-то скучными, отводили глаза и быстро меняли тему.
Многие даже начали выступать в роли её адвокатов: «Опоздала — пробки были», «Ну а как там припаркуешься?», «Да перепутала? Нормально, я тоже раньше путал»...
Я даже начал думать, что они как-то узнали о моих утренних визитах к ней. Но быстро отбросил эту мысль. Я не трепло. А сама Сонечка вряд ли расскажет кому-нибудь, что, когда я захожу к ней утром на пять минут обсудить текучку, получаю от неё не только ценные указания, но ещё и качественный миньет.
А вскоре стал замечать, что когда она спускается в цех что-то фоткать или замерять, у нас начинается праздник доброты и заботы. Все мужики бросают свои дела, начинают бегать вокруг неё, оберегая практически ото всего: «Ой, не трогай это, испачкаешься, лучше я сам», «Что ты делаешь, тяжёлое, я сам донесу», «Не лезь туда, я сам, тебе неудобно будет»...
А ещё в каждом мгновенно просыпался остряк или мудрец. Мужики сразу начинали вспоминать бородатые шутки или философские цитаты.
Не было такого раньше! Ещё пару недель назад её появление в цехе оставалось незамеченным. Она спускалась, делала свои дела и молча уходила. В лучшем случае с ней здоровались. В худшем отчитывали за косяки.
Ладно я... Наши отношения несколько улучшились благодаря утренним минетам, а почему к ней стали так добры остальные?
Эта загадка мучила меня до тех пор, пока однажды я не забежал к ней в кабинет сразу после обеда — нужно было срочно что-то решить. Но дверь была заперта. Я долго, громко и настойчиво стучался. Знал, что она у себя, а решать надо было прямо сейчас.
Через пару минут дверь всё-таки открылась. Но навстречу мне вышла не она, а Антоха. Молодой паренёк, который совсем недавно у нас работает. Он опустил глаза в пол и быстро, ничего не говоря, побежал по коридору к лестнице.
Сначала я даже и не понял, что произошло. Если он был по работе, то зачем дверь закрыл? И почему так быстро сбежал? И... И... Твою мать...
Сонечка смотрела на меня довольным взглядом и улыбалась.
— Ты же по утрам заходишь. Ещё раз захотел? Прямо невтерпёж?
А я в этот момент и забыл про работу. Про то, что мне срочно нужно было что-то решить.
— Ты теперь и у Антохи сосёшь? — даже не спросил, а обвинил её я.
— А ты против? — Соня подняла вверх правую руку и задумчиво посмотрела на безымянный палец. — Я молодая и свободная женщина. У кого хочу, у того и сосу.
— Но как ты можешь? Только шлюхи трахаются со всеми мужчинами без разбора.
— Во-первых, чем я хуже тебя? Ты тоже вечером трахаешь свою бабу, а по утрам ко мне бежишь. Во-вторых, я ни с
Помню как в первый раз.