шумом - машины, голоса, запах нагретого асфальта. Я шла по набережной, потом свернула в парк, тот самый, где Андрей брал меня у дерева. Сейчас здесь было много людей, детишки бегали, пожилые пары сидели на скамейках. Обычная жизнь. Жизнь, в которой для меня больше не было места: ни в роли Вани, ни в роли Карины.
Я села на пустую скамейку у воды и закрыла глаза. В голове крутились одни и те же вопросы. Если останусь - что дальше? Трахаться с одногруппниками? Быть удобной шлюхой для всех? А если вернусь... смогу ли я вообще жить в старом теле после всего, что узнала? И как я буду смотреть в глаза тем, кто столько обо мне знает? Нет, надо уехать. На глаза непроизвольно навернулись слезы.
— Извините, здесь свободно?
Я открыла глаза.
Рядом стоял мужчина. Лет тридцати, может, чуть старше. Высокий, широкоплечий, в простой белой рубашке с закатанными рукавами и тёмных брюках. Короткие тёмные волосы, лёгкая щетина, спокойные серо-зелёные глаза. В одной руке - стакан кофе, в другой - книга.
— Да, - сказала я. - Садитесь.
Он сел на достаточном расстоянии, но я всё равно почувствовала его присутствие - меня как будто обдало мужской силой, которую хотелось впустить в себя - это настолько отличалось от того, что я ощущала раньше, что я зажмурилась. Сердце почему-то замерло.
— Красивое место, - заметил он, глядя на воду. - Особенно вечером. А сейчас... немного шумно, но всё равно хорошо.
Я кивнула, не зная, что ответить. А он как будто и не ждал этого. Просто открыл книгу, но через минуту снова посмотрел на меня.
— Вы выглядите так, будто решаете что-то очень важное, - сказал он спокойно. - Или как будто уже решили и теперь боитесь собственного решения.
Я резко обернулась к нему. Он улыбнулся уголком рта - не насмешливо, а почти мягко.
— Простите, если лезу не в своё дело. Просто... редко видишь человека, который сидит в таком красивом месте и выглядит так потерянно. Особенно такую красивую девушку, которая как будто и сама не догадывается, насколько она восхитительна.
Его голос был низким, ровным. Без давления. И именно поэтому внутри вдруг проснулось что-то совсем другое. Не привычное горячее возбуждение. А более глубокое, почти пугающее притяжение.
— Я... правда решаю, - тихо призналась я. - И не знаю, как.
Он закрыл книгу и полностью повернулся ко мне.
— Тогда, может, просто поговорите с кем-то, кто не будет давать советы? Иногда просто выговориться и возможно самой найти ответ на свой вопрос.
Я посмотрела в его серо-зелёные глаза и вдруг поняла, что хочу рассказать. Всё. Без прикрас. Именно потому, что он - чужой. И именно потому, что от него исходило это странное, спокойное тепло, которого мне так не хватало.
А еще мне хотелось, чтобы он ушел. Потому что то, что я испытывала в его присутствии, пугало меня куда сильнее, чем перспектива быть безотказной шлюхой для кого-то. "Что же" - зло подумала я - "Ты хочешь историю, ты ее получишь. А потом уйдешь, и оставишь меня одну".
— Меня зовут Карина, - сказала я. - Но ещё неделю назад меня звали Ваня.
И я рассказала ему все. С самого начала, пусть и без лишних подробностей. Я говорила долго, с каждой минутой все больше надеясь увидеть в его глазах осуждение, презрение. Я хотела, чтобы он встал и ушел. Но он просто молчал, а вместо презрения я читала в его глазах понимание, поддержку, тепло. И самое странное, чем больше я ему рассказывала, тем больше попадала во власть его мужской силы. Это было
Одна ночь с клеопатрой