случаем, я продолжил работу. И спустя несколько минут парень был зафиксирован.
— Парни, помогите мне подвесить его... — попросил я, поглядывая на Руслана. Ведь Миша был слишком перевозбуждён, и его член выпирал из шорт.
Миша подскочил с места и полетел к нам, начиная помогать. Его руки случайно задевали ягодицы Дамира. Но в этом скрывался какой-то умысел. Думаете, я не прав? Наверняка это так. Но могу заверить, что движения Миши были слишком наигранными. Меня возбуждало что-то странное, и я не мог сказать что. Я видел стройные ноги, небольшие мышцы которых сводили с ума. Живот был прижат к ляжкам... А этот угол обзора, позволяющий разглядеть всё до мелочей. Не знаю, что овладело мной. Но беспомощность парня подкрепляла эффект. Я почти не мог думать, любуясь телом, не способным мне противостоять.
— Смотри, какая у него задница. А колечко-то розовое... — ухмылялся Руслан, хитро поглядывая на скрученного друга и разворачивая его задницу к друзьям.
— Так нечестно. Что вы, блядь, делаете! — недовольно бурчал парнишка, желая провалиться сквозь землю.
— Заткнись! Ты отрабатываешь свой долг. Поэтому дай повеселиться! — раздражённо повысил голос Миша, шлёпнув лапой по ягодицам.
Я в это время уже сидел на диване и наблюдал за ними со стороны. Анус подвешенного сжимался слишком часто, будто подзывая войти в него. Миша не мог угомониться и обследовал ручищами тело друга. Обследовал, продолжая наступать гораздо напористее и заставляя жертву заливаться румянцем.
— Я кое-что придумал! — довольно выдал тот и резко сдёрнул шорты вместе с трусами, оставаясь в чём мать родила.
Сначала я не понимал, что в голове приятеля. Но сейчас всё встало на свои места. Его член пребывал в боевой готовности, изливаясь жидкостью очень интенсивно. Пока парень был одет, Дамир, висящий спиной к нему, реагировал спокойно. А потом трусы спустились на пол, и, заметив их, он начал переживать, пытаясь посмотреть назад. Навязчивый шёпот стих, сменяясь томным дыханием и движениями глаз.
— Миша, какого хуя? Мы о таком не договаривались. — начал бурчать пацан, обеспечивая мне личное шоу. Мой член давно дымился в трусах, а взгляд с вожделением скользил по компании.
— Хватит ныть, сука. Я всего лишь сфотографирую хуй рядом с твоей дыркой. Обещаю, что вставлять не буду. Хотя, конечно, хотелось бы. — усмехнулся он, шлёпнув членом по ягодицам и растирая смазку по булкам.
Дальше началось нечто странное и очень интересное. Приятель подошёл к журнальному столику, взял телефон и вернулся на исходную. Я сразу понял его замысел. И оказался абсолютно прав. Напившийся садист принялся фотографировать, выбрав член у задницы в качестве модели. Остальные смотрели с недоумением, понемногу остывая. Инициатор понял это, решив переиграть ситуацию.
— Пацаны, посмотрите, сука... Идите и сфотографируйте свои хуи напротив этой дырки. — советовал Миша, поглядывая, как парни активировались, поднимаясь с места и подходя ближе к заднице.
— Парни... — со страхом в голосе проговорил связанный, проглатывая нарастающий ком, застрявший в горле. — Может... не нужно...
Приятели вывалили члены и начали смачно дрочить, поглядывая, как друг угорает над связанным. Их эта картина возбудила не на шутку. Возбудила, несмотря на первичное недопонимание. Мы тоже окружили булки Дамира и начали фотографировать крупным планом. Наши члены сияли в лучах ламп, изливаясь смазкой всё больше и больше. Каждый из них был не похож на другой. Они конкурировали в размере, количестве кожи, изгибе и припухлости вен. Но приборы связывала одна цель — закончить, залив задницу подвешенного.
Сочные головки смотрели прямо в отверстие, даже не думая отворачиваться. Каждому из нас хотелось проникнуть внутрь. Но мы дали обещание и не могли его
Коктебель 3