но с каждым разом её рука опускалась всё ниже и ниже. Вот пальцы скользнули по кромке трусов, задержались на мгновение — и вдруг нырнули под резинку.
Дима вздрогнул и тихо ойкнул, когда тёплая ладонь мягко коснулась его члена, а пальцы сомкнулись. Тот начал твердеть с пугающей скоростью. Через минуту ему стало откровенно тесно — упругая плоть натянула ткань, и тогда Алина ловким, длинным движением спустила трусы до колен.
Пальцы матери обхватили его, и она принялась гладить, легко скользя по нему снизу вверх, то обнажая, то снова закрывая крайней плотью головку. Рука была такой нежной, что Дима зажмурился от нахлынувшего чувства. Алина всё продолжала: вверх-вниз, вверх-вниз. А потом, когда внизу живота затеплилось наступление оргазма, она наклонилась совсем близко — и языком провела по самой головке, внеся в этот интимный момент очень важный штрих.
Дима приоткрыл глаза — в темноте уже угадывались очертания её лица, склонённого над ним. Он сдавленно застонал, поняв что это было и не веря своему счастью.
— Понравилось так? — спросила она вполголоса.
— Да, — выдавил из себя он.
Алина кивнула, быстро поцеловала его в щеку, поправила одеяло и перешла к соседней кровати, оставив Диму с каменным стояком и захлёстывающими эмоциями.
*******
Дима плохо видел, что происходило на кровати брата, но по движениям угадывал примерно то же самое, что и с ним самим.
Локоть матери ритмично двигался в районе паха Дениса. Затем она наклонила голову, склонившись над ним. Дима хотел бы разглядеть всё подробнее — раз уж прошляпил момент, когда она была возле него, — но мог наблюдать лишь смутный силуэт со спины. Силуэт качнул головой, и стон вырвался уже из уст Дениса. Затем голова вернулась в исходное положение... И вдруг снова опустилась обратно!
Глаза Димы удивлённо распахнулись.
Между тем силуэт повторил это движение и третий, и четвёртый раз. Дима в шоке напрягал зрение, пытаясь хоть что-то разглядеть.
А Денис в это время и так всё видел. Его член ровно наполовину находился во рту тёти, и она размашисто отпускала его, вновь глубоко погружая обратно.
Попутно аккуратно обсасывая, она доводила племянника до сумасшедшего исступления. Наконец она убрала голову, заменив её ладонью, и начала быстро-быстро двигать рукой, пока член Дениса не дёрнулся, мощными толчками извергая из себя раз за разом густые белые струи.
Дима же со спины видел лишь, как снова задвигался локоть матери, а потом услышал затяжной стон брата.
Она что, довела его до...?! Не может быть!
Чмокнув Дениса в щёку, Алина уже двинулась к выходу из комнаты, как вдруг Денис неожиданно её окликнул:
— Теть Алин? Может, покажешь, что под халатиком?
Та остановилась прямо перед дверью, чуть подумала и действительно широко распахнула свой халат. И надо же такому случиться — именно в этот момент в проём окна пробился свет с улицы и подсветил всё как на ладони.
Перед предстало великолепное зрелище: грудь приятно покачивалась после её распахивающего движения, чуть изогнутый из-за позы женский животик и ниже... На ней не было совсем ничего. Она все это время была с ними абсолютно голой под халатом!
— Вау, просто богиня! — восхитился Денис.
— Спокойной ночи, мальчишки! — помахала она рукой и вышла из комнаты.
Именно эта рука и не выходила из головы Димы. Он не ошибся. Рука, которой она сейчас помахала, была вся испачкана густой мутной спермой.
Сломанная стена