было, самая лучшая тактика. При Ленке, больше никаких провоцирующих сцен – поклялся Олег мысленно. Даже таких безобидных, как та, что произошла в прошлую поездку.
А приключилось вот что. В благодарность за то, что он подтянул петли на калитке, Анна Андреевна, которая только что вернулась из магазина, обняла его и крепко прижала к себе.
– Олеженька, какой же ты у меня молодец! Мне каждый раз приходилось поднимать дверцу вверх, чтобы открыть, а ты раз, и всё сделал.
– Стараюсь для вас, Анна Андреевна!
Сцена с объятиями затянулась. Тугие обтянутые, под тонким платьем, кружевным бюстгальтером груди тёщи, под которыми неровно билось сердца, уперлись в него. Неловко сжимая в одной руке шуруповерт, Олег тоже обнял тёщу, скользя пальцами по её талии. Щеки их соприкоснулись, и Анна Андреевна чмокнула его, совсем рядом с мочкой уха, а потом потёрлась носом о его щеку.
– Какой же хороший у меня зять! Так бы и зацеловала! – проговорила она.
У Олега, от её близости, уже не в первый раз, ёкнуло сердце и немного сбилось дыхание. Отпускать Анну Андреевну из объятий совсем не хотелось. Вместо этого, он сильнее прижал женщину, чувствуя её груди и живот.
Ленка, так не кстати, наблюдавшая эту сцену со стороны, презрительно фыркнула:
– Мама, Олег, вы чего?..
– А ничего! Тебе жалко, что ли, что твоя мать своего зятя потискает? Или мы не родственники?
– А-а! Значит он за твои объятия, так старается? Заставила бы ты его дома так работать, мама! Второй месяц раковина в ванной шатается, скоро совсем отвалится.
– Сделаю, сказал же! – огрызнулся Олег, – там перфоратор нужен, чтобы просверлить поглубже и дюбель хороший поставить. На следующей неделе готово будет.
– Опять на следующей неделе! Какой по счету?.. Дождёшься что эта раковина мне на ноги рухнет!
– Благодарить мужа надо, а не кричать на него. Тогда он всё делать будет, – заступилась за Олега тёща.
– За что я его должна благодарить, мама?! Он сам, без моих напоминаний, должен по дому делать. Вот я, бельё стираю, готовлю, носки его по дому собираю, благодарит он меня каждый день за это? Нет! Так почему я должна его благодарить? Я одна в семье работаю, между прочим!
Ленка опять нарывалась на ссору. Так кого ему любить? Эту стерву, или её заботливую мать?
Отчего ему хорошо с этой женщиной, а с её дочерью, мягко говоря, не очень, после всего-то полутора лет брака? Разлюбить молодую жену и по уши втюрится в её сорокатрёхлетнюю мать. Сладкий яд зрелой женщины проникал в его кровь постепенно. Через полгода после знакомства, Олег буквально заболел ею. Начал обращать внимание, искать встречи, быть услужливым зятем, чтобы понравится. Потом мучился, от сознания того, что мысленно изменяет жене. Да ещё с кем! Такого и врагу не пожелаешь. Но эта женщина, для него, как спелая малина, которая вот-вот сорвется с ветки. Запретный плод, которого нестерпимо хочется, да нельзя. Нельзя! Эти стройные слегка полноватые ноги, эти точеные обтянутые чулками икры, этот слегка покачивающийся при ходьбе бюст. Талия слегка полновата, но всё еще просматривается, на фоне крутых бедер. Он всегда любовался тёщей, когда она куда-нибудь собиралась, меня домашнюю одежду на городской наряд. Но и в домашнем, она смотрелась очень мило. Ненакрашенные бледные губы, чувственные карие глаза как переспелые вишни, смотрят ласково и задумчиво, по-матерински. Голос вкрадчивый, с приятной хрипотцой.
Ну нет! Таких обнимашек, при Ленке, и тайных поцелуев с тёщей, больше допускать нельзя! Отношения с женой и так в последнее время испортились. Всего полтора года вместе, но в последнее время хоть на развод подавай. Не
Бабушка