раздавались звуки рояля. Неохотно покинув тёплую постель, Олег в начале посетил туалет, а потом зашел на кухню и достал из холодильника бутылку колы. Налил в большую кружку и долго с удовольствием пил до дна. Ночью они, с Анной Андреевной, после любовных утех, пили виски, сидя на постели и чокаясь бокалами со льдом. Голова не то, чтобы болела, но была не свежей и во рту был неприятный привкус. Значит надо залезть в душ и почистить зубы.
Когда Олег чистый и абсолютно голый выбрался из душа, музыка в гостиной всё ещё продолжалась, Анна Андреевна напевала какую-то оперную арию.
Войдя наконец в гостиную, он застал там необычную сцену. Абсолютно голая Анна Андреевна сидела за роялем, музицируя. Тёща, поставив перед глазами ноты начала с чувством играть новое произведение. Когда она особенно сильно била по клавишам, то наклонялась вперёд и между массивными половинками её помещавшейся на круглой табуретке попы, выступала её заросшая женская штучка.
– Выспался? – поинтересовалась она, лишь на мгновение прерывая движение пальцев по клавишам.
– Более-менее.
Подойдя к Анне Андреевне сзади, он, слегка наклонившись, обнял ей за живот под грудями.
– Олег, ну ты же видишь, я играю! Не мешай пожалуйста!
– Анна Андреевна, а можно я вас немного потискаю?
– Можно, если скажешь какую музыку я только что играла. Ну?..
– Я не знаю.
– Неуч! Это Лист “Грёзы любви”, очень известное классическое произведение.
– Я на инженера учусь, а не на музыканта.
– Если бы, мальчик, ты был со мной, знал бы все произведения.
– Ну так может, если это были грёзы, а теперь у нас по-настоящему любовь случится? Одну мелодию я уже выучил!
– Какой нахал! Подлец! Может ты мне дашь доиграть?
– Нет не дам!
Руки Олега, нежно заскользили по телу Анны Андреевны, гладя спину, живот, тиская груди и едва заметно пощипывая соски. Дыхание женщины, стало неровным, и она тоже начала гладить руки Олега.
– Ну что ты придумал?! Тебе ночи не хватило? Давай отдохнём немного.
– Нет! Я вас опять хочу! Очень-очень!
– Ну что, мне прямо тут, у рояля на четвереньки встать?
– А почему-бы и нет?
– А если я буду сопротивляться и убегу, ты меня поймаешь и изнасилуешь?
– Конечно!
– О, я начинаю возбуждаться! Ну давай, для начала, трахни свою любимую тёщу у рояля! Вы молодые, любите всякие штучки.
После этих слов, Анна Андреевна встала коленками на круглую табуретку. Руки её остались лежать на клавишах. Несмотря на довольно грузное тело зрелой дамы, её спина теперь была изогнута как у кошки. Ах эти распавшиеся большим теплым персиком ягодицы, между которых он сейчас засадит ей твёрдого!
Подойдя сзади, Олег, прицелившись, медленно ввёл свой член в женское лоно и начал трахать Анну Андреевну. Её отвисшие груди качались как маятники. Пальцы порой спонтанно нажимали клавиши рояля. Сама она тихо стонала, в такт телесным шлепкам, от соприкосновения с телом Олега. Комната наполнилась странной какофонией звуков. Восполнивший силы парень, не хотел кончать быстро. В конце, что есть силы прижав попу тёщи к своему животу, и издал невнятный, похожий на стон звук.
– Ну что, опять спустил в меня, – произнесла тёща с деланной укоризной, – Вытирай теперь! На кухне бумажные полотенца есть. А то пока до ванной дойду, весь пол в твоих соплях будет. Нет, чтобы в постели этими делами заниматься! Ты бы меня ещё на стиральной машине поимел, как в порнофильмах! – проговорила Анна Андреевна строго.
– А что, это идея!
– Нет уж дорогой! Дамы после сорока предпочитают постель. Давай, беги, а то уже, на паркет из меня течёт.
Десять писем. Часть IV. Письмо десятое