раздражать Тима. Мой член потерял свою твердость (а вы бы не испугались грозно рычащего на вас огромного дога?), и Настя рукой и губками снова довела его до рабочего состояния. «Иди, порадуй маму», - Настя кивнула на стоявшую на четвереньках Галину, - «Дай мне посмотреть, насколько ты будешь с ней нежным. А потом, когда мы с Тимом закончим, я буду вся твоя». Я повернулся, чтобы идти к Галине и услышал сказанные мне вслед слова Насти: «А пососать член Тима ты зря отказался. Он очень вкусный, поверь мне. Ничем не хуже, чем у Игоря или Жака. Но, может, в другой раз ты будешь смелее». Меня немного передернуло, но я отбросил эти ее слова, списав их на те эмоции, которые она сама сейчас получала от действий Тима. Я опустился на одно колено позади Галины и погладил ее спинку от шеи до попочки, стараясь донести каждой клеточке ее тела мою заботу о ее удовольствии. Сначала я прошелся по спинке напряженными фалангами пальцев, заставив ее покрыться мурашками и задрожать. При этом Галина задышала чаще и начала еще быстрее сосать член Макса, всовывая его себе в рот до самого горла. Теперь я провел по спине раскрытыми ладонями, снимая все возникшее напряжение и расслабляя каждую мышцу. Галина застонала и приподняла попочку, предлагая мне войти в ее святая святых. Но я пока не был готов к прямому проникновению в нее. Я лег спиной на ковер так, чтобы мой рот оказался прямо под ее пещеркой и, обхватив Галину за попку, прижался ртом к ее расщелинке. Мои губы обхватили и сжали ее половые губы, а мой язык твердым кинжалом проник в ее влагалище, по пути дразня и массируя его нервные окончания. Я нащупал языком ее точку G и сильно нажал на нее, двигая языком из стороны в сторону. От избытка эмоций Галина выронила изо рта член Макса, но тут же с криком снова схватила его губами и втянула глубоко в себя. Макс занервничал. Он перестал вылизывать Олину писечку, а, тыкая носом, стал переворачивать ее, чтобы она, как и Галина, стала на четвереньки. Оля повиновалась и стала в позу doggy рядом с Галиной. Макс моментально вскочил на нее сзади и, обхватив передними лапами за талию, начал дергать своим тазом, пытаясь попасть членом в ее пещерку. «Валерочка, помоги мне, пожалуйста», - прошептала Оля, глядя на меня умоляющими глазами, - «Я уже так хочу, чтобы он вошел в меня!» Я выполз из-под Галины и помог Максу вставить его член в писечку Оли. Я недолго придержал его член у себя в руке, пока набухший на члене шар не вошел в Олину пещерку, закупорив ее. Когда член Макса был в моей руке, я непроизвольно несколько раз мягко сжал его, чтобы почувствовать эту плоть. Он был упругий, одновременно мягкий, и в то же время довольно твердый, горячий, живой и очень приятный на ощупь. Я чувствовал, как в нем пульсирует кровь, как она бежит по венам, увеличивая их в объеме. Как его животное желание берет верх над здравым рассудком, мешающим совокупляться с представителями другого вида. Член Макса как будто говорил мне: «Если я могу заниматься сексом с самками твоего вида, даря им наслаждение, и получать от этого удовольствие, то, значит, и ты можешь получить удовольствие, лаская меня своим ротиком!» И, как бы в подтверждение сказанного, член дернулся в моей руке, прежде чем окончательно влететь в писечку Оли. Я опасливо посмотрел вокруг: мне это почудилось, или кто-то произнес
Настя и Валера