напоследок покрыв его благодарными поцелуями от головки до яиц. У самой Светы с подбородка стекала сперма, и она капала ей на груди. Спущенки у нашего с ней сына было настолько много, что она не поместилась ей в рот и вытекала наружу.
— Вадим, подай, пожалуйста, полотенце и прикури мне сигарету. Сил нет подняться.
Попросила меня жена, и когда я выполнил её просьбу, Света сначала заботливо вытерла вялый член Олега, ставший похожим на большую ливерную колбасу, а затем вытерлась сама, вытирая сперму с подбородка и с грудей.
— Понравилось, сынок? Теперь мама тебе каждый день будет делать подобное. Ты уже взрослый и настало время привыкать к общению с женщинами. Но и я хочу взаимности с твоей стороны. Сделай мне приятно ртом, как я делала. А папа тебе покажет, как надо.
Попросила сына Света, ложась на спину на диван, положив голову на подушки.
Одной рукой жена держала горящую сигарету, а другой свободной рукой раздвинула у себя половые губы, и из под кожного капюшона сверху её вагины показался розовый отросток клитора. Он находился в возбужденном состоянии и дрожал как осиновый лист от нетерпения. Света хотела, чтобы сын у неё пососал клитор, и изнывала от желания.
— Не пугайся, Олег. У некоторых женщин так бывает, и твоя мама одна из них. Она любит, когда его у неё целуют, и ей от этого приятно.
Сказал я потрясённому от увиденного сыну. Олег видел у матери отросток над входом во влагалище, и у него округлились глаза от подобного зрелища. К слову сказать, и я был в молодости удивлен, увидев у Светы её увеличенный клитор. Но потом привык к нему и не представлял своей жизни без отростка жены.
— Вот так, Олег. Берешь его в губы и сосешь. Можешь языком теребить.
Проговорил я сыну, ложась между ног Светы и своим примером показывая ему, как доставлять матери удовольствие.
— Ну что же ты, сынок? Я жду. Мне ведь тоже хочется ласки.
Поторопила сына Света, видя, что Олег застыл в нерешительности, стоя возле дивана, даже после того, как я своим примером показал ему, как надо сосать у матери клитор.
Света, как тигрица в белых нейлоновых чулках, лежала на спине, раздвинув ноги, слегка согнув их в коленях, курила сигарету, с нетерпением смотря на застывшего в нерешительности сына. Красивые карие глаза жены заволокла белая пелена похоти. Она смотрела на сына и ждала, когда он начнёт сосать у нее клитор.
— Я все сделаю, мама. Как ты хочешь. Но не знаю, получится у меня это или нет?
Дрожащим голосом произнёс Олег, ложась на живот между раздвинутых ног матери.
— У тебя все получится, сынок. А если что, мама тебе подскажет.
Произнесла Света, отдав мне окурок сигареты и обхватив голову Олега руками, прижимала её к своему лобку, покрытому чёрными волосянками.
Но это было лишнее с её стороны, так как Олег сам желал сделать матери приятно ртом и, едва устроившись на животе между её ног, уткнулся носом сначала в лобок, заросший чёрной волосней, а потом, ведомый умелой материнской рукой, Света сама направила сына в нужном направлении, надавив на его голову ладонью, обхватил губами клитор матери и стал сосать.
— Ааа. Так хорошо он делает, Вадим. Не то, что ты. У Олега губы мягкие и у него нет усов.
Проговорила, постанывая, жена, смотря в мою сторону, прижимая голову сына руками к своему лобку.
— Так пусть он теперь на постоянку его сосёт, раз тебе приятно, мать. Я не против.
Ответил я жене, возбуждённый нереальным для нормального восприятия зрелищем лежащего на животе сына, сосущего у своей матери крупный
приезд жены