Равшана сняла рабочую куртку ещё в прихожей, повесила на крючок, пригладила волосы перед зеркалом — тёмные, тяжёлые, пахнущие улицей и мокрым листом. День выдался долгий: утренняя смена, потом подработка у магазина, потом снова двор. Руки гудели. Она прошла на кухню, налила воды из-под крана, выпила стоя. Сергей сидел за столом, листал что-то в телефоне, но, когда она вошла, отложил его сразу.
— Ну как ты? — спросил он.
— Нормально. Устала.
Она села напротив, поджала ноги под стул, обхватила кружку ладонями. Вода была холодная, пальцы — горячие.
— Замёрзла?
— Немного.
— Серёж, я не знаю, как быть, — сказала она тихо.
Он подался вперёд.
— Что случилось?
— София приедет. Сестра моя, младшая. Поступление у неё, документы надо узнать. Наверно, неделя-две. И мне, наверно, придётся на это время переехать в коморку.
— В какую коморку?
— Ну, ту, где я раньше жила. У тёти Зухры. Она говорила, что оставит за мной угол, если что.
Сергей нахмурился.
— Почему не сюда? Пусть приезжает к нам.
Равшана покачала головой.
— Неудобно. Я же живу с тобой как жена, а мы даже не расписаны. Что я ей скажу? Что мы спим вместе? Стыдно, Серёж.
— А что, у нас спать негде? Скажем ты снимаешь угол. Места мало, но не настолько.
— Спальных мест мало. У тебя кровать одна, у отца своя комната. Дивана нет. Куда её класть?
— Я лягу на пол, — сказал Сергей просто. — А вы с сестрой на кровати. Нормально.
Равшана посмотрела на него. Молодой совсем, восемнадцать лет, шея тонкая, кадык острый, руки ещё мальчишеские, но смотрит серьёзно, как взрослый.
— И что мы ей скажем? — спросила она.
— Что ты просто снимаешь угол, деньги для нас не лишние. А я на полу сплю. Вроде всё логично?
— Нет, Серёж. Она может догадаться. У нас так не принято. Если я не замужем, я не живу с мужчиной. Для неё это… стыд. И для меня.
— Ты же здесь живёшь. Это правда. А отношений сделаем вид, что никаких нет. Можешь даже что-то придумать еще для правдоподобности.
— Например, что у тебя есть девушка?
— Как вариант. Или еще что-то. Да мало ли можно наговорить молодой девушке?
Равшана помолчала раздумывая над вариантом.
— А отец? — спросил он.
Равшана опустила глаза.
— Не знаю, как Николай отреагирует. Он может быть против. Он вообще не любит, когда что-то меняется.
— Я поговорю с ним.
— Серёж…
— Я поговорю. Это же на неделю-две всего. Не навсегда. Пусть твоя сестра приедет сюда и поживает как человек в квартире, а не то как ты рассказывала в коморку на 15 человек.
Она хотела возразить, но промолчала. В груди было тесно. Сергей встал, подошёл, положил руку ей на плечо. Ладонь тёплая, неуверенная.
— Я хочу тебя поддержать, — сказал он. — Первый раз по-настоящему, как твой мужчина. Позволь мне.
— Хорошо, — сказала Равшана и улыбнулась. Она не знала получится ли у него, но ей было приятно, что он хотя бы хочет попробовать.
Вечером Сергей постучал к отцу. Николай сидел в кресле у окна, смотрел телевизор без звука, в руке — стакан с чаем. Крепкий мужик, широкий, с тяжёлой челюстью и коротким ёжиком седых уже волос. Лет пятьдесят, но выглядел моложе. От него пахло табаком и чем-то терпким.
— Чего тебе? — спросил он, не оборачиваясь.
— Бать, поговорить надо.
Сергей прикрыл дверь, встал у стены.
— К Равшане младшая сестра приехать должна. София. На неделю-две. По поступлению дела. Я хочу, чтобы она у нас остановилась.
Узбекская гастарбайтер Равшана (Части 1 - 3)