вылижи всё дочиста. Сделай всё как надо, или получишь ещё несколько ударов плетью, — приказала она командным голосом.
— Да, Госпожа, — тут же подчинился Майк.
— А теперь встань раком! — приказала Вики, вынув чистые пальцы изо рта мужа.
Майк встал в позу, как учили.
— Очень хорошо. Ты сказал, что чувства обострились, но не упомянули обоняние. Так прочувствуй всё до мелочей. — Она поднесла плеть к носу мужа. — Вдохни поглубже аромат кожи, которой тебя сейчас накажут.
— Да, Госпожа. – И Майк полной грудью вдохнул аромат тёплой кожи.
— Пора снова сделать твой член мягким. Так что в полной мере насладись запахом плётки, которой я отхлещу твою покорную маленькую попку. А теперь поцелуй её. Хочу, чтобы ты поцеловал плеть, которой я тебя накажу.
— Да, Госпожа. — Майк поджал губы и поцеловал плеть.
— Что надо сказать?
— Спасибо, Госпожа, — пролепетал Майк.
— Хочу, чтобы ты поблагодарил жену за то, что она тебя наказывает, — сказала Вики, прижимая плеть к лицу мужа.
— Спасибо, любимая жена за то, что с помощью плётки научила меня правильно повиноваться и быть покорным. Пожалуйста, отхлестай меня как следует, любимая жена, — попытался сымпровизировать Майк.
— Отлично, маленькая шлюшка. Ты ведь очень этого хочешь, да?
— Да, Госпожа.
Вики опасалась, что была слишком сурова с плёткой. Но теперь знала, что Майку хочется, чтобы она была ещё жёстче. Женщина даже удивилась, насколько ей самой это понравилось. Вики поняла, что ей нравится это мощное ощущение полного контроля и возможность заставлять Майка говорить и делать то, чего он никогда раньше не делал.
— Не волнуйся, будет ещё жёстче. Гораздо жёстче. — Она видела, как тело мужа слегка вздрагивает от её слов.
Хрясь, хрясь, хрясь, хрясь!
От ударов плетью раздавался звук, похожий на треск сухой ветки, ломающейся о колено. Майк не мог сдержать криков каждый раз, когда плеть хлестала его по коже. Каких-то отдельных следов от ударов уже не было видно. Вся попа Майка стала ярко-красной, а на ягодицах появились багровые рубцы.
За ночь Вики пять раз порола мужа и пять раз доводила его до оргазма. Она заставила мужа просить ещё и ещё. Заставила сказать, что он всегда будет подчиняться. Заставила сказать, что она полностью контролирует его член. Она заставила мужа почувствовать себя невероятно покорным и самому доводить себя до высшей точки. Затем, когда Вики поняла, что муж больше не выдержит, она заставила Майка дрочить, пока сама отхлестала его в последний раз.
— Ну же, Майк, подрочи для меня. — Хрясь! — Покажи, как ты хотел подрочить в душе. — Хрясь! — Покажи, как ты собираешься слизывать сперму с моей руки. — Хрясь!
Майк разрывался между всепоглощающим желанием кончить и прекратить порку и ужасом от мысли о том, что ему придётся слизывать собственную сперму с руки Вики. Победил, конечно же, оргазм. Когда муж забился в конвульсиях безудержной агонии, Вики опустила плеть и подставила руку под его фонтанирующий член. Горячая сперма брызнула ей в ладошку, а Майк закричал и обмяк. Вики быстро поднесла руку к его приоткрытому рту.
— Слижи всё! До последней капли! И помни, что ты почувствуешь, если в следующий раз хотя бы подумаешь о том, чтобы прикоснуться к члену, который всецело принадлежит только мне.
Майк со стоном и всхлипом подчинился и аккуратно слизал всё с руки жены, чтобы она снова не взяла в руки плеть. Он дрожал, обнимая Вики за ногу:
— Да, Госпожа. Большое вам спасибо, Госпожа.
Муж был больше похож на бесформенную массу измученной плоти. Вики укрыла его одеялом, выключила свет и велела спать. Майк
Cтюардесса