Категории: Измена | Минет
Добавлен: Сегодня в 04:10
физкультурой. Как будто кто-то делал что-то, что требовало усилий.
— Мммн, не надо глубоко.
Я услышал подобие стона. Её шёпот. Это Карина просила. По телу прошёл озноб. Я снова отключился. Я не хотел слышать. Я не хотел знать. Я не хотел видеть. Я хотел спать. Спать и не просыпаться.
Проснувшись в следующий раз, я услышал слова старца и Матрёны.
— У него жар сильный. Попробуем дать отвар. Должно помочь.
Мне в рот медленно влили что-то кислое. Травяное. Терпкое. И меня сразу же вырубило. Я провалился в темноту. В ней не было ни боли, ни страха, ни ревности. Только пустота. Только покой.
Я проснулся ночью. Меня трясло. Я не совсем понимал, где я. Я вышел на улицу, дошёл до ближайших кустов и начал мочиться. Как только я опустошил мочевой пузырь, слабость и сон снова легли мне на плечи. Я с трудом добрался обратно. Места мне показалось мало. Наверное, Карина лежит снова по диагонали. Я закрыл глаза и начал дремать. Шёпот снова донёсся до меня. Как и в прошлый раз.
— Лёша, ну ты и придумал. Я же говорила, что сама приду. Ты такой большой. Мы тут не помещаемся.
Послышалась возня. Я вспомнил это имя. Молодой парень, готовящий хворост. Он действительно был огромным. И сейчас эта детина лежала на моей жене. Я чувствовал каждое его движение на ней. Ветки хрустели. В порыве страсти он не увидел меня во сне и опёрся о моё плечо. Осознал он это не сразу. И несколько секунд трахал Карину, облокачиваясь на меня. На моё плечо. На моё тело. Я чувствовал его тяжесть. Я чувствовал его движения. Я чувствовал всё.
Звуки, которые издавала Карина, были глухими. Но они были похожи на поскуливание щенка. Ей было хорошо. Хорошо с ним. С другими. А я чувствовал, что умираю. Было тяжело дышать. Сердце билось в странном ритме. Как будто оно хотело остановиться. Как будто оно устало. Я снова закрыл глаза и провалился в сон. В темноту. В пустоту.
Проснулся я от того, что рядом со мной говорила Матрёна.
— Жар спал. Самое страшное позади. Сейчас, доченька, ему нужно восстанавливаться. Вы городские, слабые все. Долго болеете.
— Спасибо, Матрёна.
Я открыл глаза, когда Матрёна ушла.
— Ты проснулся. Я так боялась за тебя.
— Долго я спал.
— С того дня, как вернулся, прошло четверо суток.
— Сколько? Четверо суток?
— Да. Матрёна тебя выхаживала отварами. Говорит, ты был на грани! Болтал что-то по ночам.
Может быть, всё, что я слышал, было бредом. Может, так действовала болезнь. Может, это был жар. Может, это была галлюцинация. Я хотел в это верить. Я очень хотел в это верить.
И только я об этом подумал, в землянку зашёл Лёша. Тот самый, с кем мы собирали хворост. Он даже не обратил на меня внимание. Будто меня и не было. Он подошёл к Карине, приобнял и начал поворачивать к себе задом. Она была в том самом платье. Он чуть наклонил её. Она пыталась что-то сказать. Что-то объяснить мне. Но, наверное, поняла, что лучше я сам всё это увижу. Облокотив её об стену, он чуть развернул её. И мне стало видно, как под краем платья видно её влагалище. Скинув штаны, он достал свой уже стоявший член и, чуть плюнув на него, начал пристраиваться ко входу в её влагалище. Его член, как и он сам, выглядел грозно. Толстая головка раздвигала половые губы и проникала в мою жену. Я лежал и не верил в реальность происходящего. Карина смотрела на меня глазами, которые были затянуты пеленой возбуждения.
Грибы и отшельники (Главы 1 - 3)