с редким зелёным молдавитом — «чешским метеоритом».
— Это под цвет твоих глаз, когда ты на меня так смотришь, — ласково шепнул он, сам застёгивая кулон на её шее.
Наташа таяла от восторга. В голове проносились мысли о том, как она превзошла всех своих подруг. Пока те жалуются на скучных мужей и считанные копейки от зарплаты до зарплаты, она — простая секретарша из провинциальной пятиэтажки — гуляет по замкам Чехии под ручку с богатым, щедрым и импозантным мужчиной.
К вечеру они вернулись в Прагу. Погода испортилась: над городом повис густой, промозглый туман, и пошёл мелкий, почти невесомый осенний дождь. Брусчатка Старого Города заблестела в свете фонарей, отражая жёлтые и оранжевые огни витрин.
— На улице совсем сыро, — сказал Виктор Сергеевич, когда они вышли из машины у дверей отеля Grand Hotel Bohemia. — Давай закажем ужин прямо в номер. Возьмём хорошего горячего вина, зажжём камин и никуда больше не пойдём.
Наташа с радостью согласилась. Ей казалось, что после целого дня на свежем воздухе нет ничего лучше, чем спрятаться от осенней пражской прохлады в их роскошном двухкомнатном люксе.
Вернувшись в номер, она первым делом сбросила туфли на высоком каблуке и прошла к огромному окну от пола до потолка. За стеклом, в тумане и каплях дождя, мерцали огни ночной Праги и шпили готических соборов. В комнате горел только мягкий, тёплый свет торшера, а из ресторана отеля официант уже принёс поднос: запечённую сырную тарелку, свежие фрукты, стейки и бутылку выдержанного красного вина Frankovka.
Виктор Сергеевич подошёл к ней сзади. Он уже успел снять пиджак, расстегнуть верхние пуговицы рубашки и ослабить галстук. Его руки легли Наташе на талию, притягивая ее к себе.
— О чём задумалась, красавица моя? — тихо проговорил он, уткнувшись губами в её обнажённую шею, прямо над купленным сегодня кулоном.
— О том, как же мне не хочется возвращаться... — искренне призналась Наташа, откидывая голову ему на плечо и прикрывая глаза от приятной неги. — Там опять серые будни, готовка, уборка... муж со своими глупыми расспросами...
— А ты не думай о нем, — шепнул Виктор Сергеевич, плавно разворачивая её к себе и медленно сдвигая с её плеча струящуюся шелковую блузку. — Сейчас ты здесь. Со мной. И этот город принадлежит только нам...
Наташа взглянула на него снизу вверх. От вина, усталости и вспыхнувшего чувства собственной неотразимости её щеки горели, а дыхание стало частым и глубоким. Она обняла его за шею, полностью отдаваясь моменту...
Мужчина подхватил Наташу под попу и перенес на широкую постель. Номер явно был рассчитан на влюбленные парочки. Широченная Кровать со шторами и балясинами была застлана белоснежными простынями поверх перин. Наташа откинулась на спину закусив губу плотоядно смотрела на своего мужчину.
Виктор Сергеевич неторопливо раздевался не отрывая глаз глядя на красавицу утопающую в облаке шелка. Наташа раздевалась сама. В отличие от мужчины она торопилась у неё уже внутри всё сводило от предвкушения соития. Когда мужчина накрыл Наташу своим телом её организм был уже на сто двадцать пять процентов готов к принятию такого большого и железно-твердого органа. Всё таки правду говорят что для оргазма женщине нужна предварительная ласка. Только ласка эта не языком или нежными руками, а тугим кошельком или банковской картой с солидными нулями.
Можно сейчас сколько угодно расписывать как огромный уд шефа разрывает некогда узкое лоно некогда верной жены своего мужа, но всё это ни на йоту не приблизит нас к объяснению того факта что этого гиганта могло бы в принципе и не быть и Наташка всё равно сейчас заходилась
Игрушки с клизмой