была у брата всего третьей девушкой – Гошка так приятно ласкал её, что иногда дыхание перехватывало.
Куда круче было ощущение, что они теперь как в райском саду живут. И можно не зажиматься, не бояться того, что хочешь сказать или сделать. Попросил её Гошка весь день ходить голой по квартире – и Соня ходила. Ловила на себе полные восхищения взгляды и ощущала греющие прикосновения. Это оказалось таким странным и приятным одновременно. Вроде бы вытираешь ты пыль, а сама понимаешь, что брат смотрит на твою колышущуюся грудь или твёрдые соски. Они почти постоянно теперь были твёрдыми...Пока Гошка не рассасывал их до мягкого. Или нагнулась упавшую ложку поднять, а брат тут же тебя за губки промежности взял и мягко перебирать начинает.
Соня сбилась со счёту – сколько поз и мест они перепробовали. И на столе в кухне – причём она и на спине лежала, глядя на Гошку, и на животе, ощущая как брат её берёт. И в ванной, где она понемногу училась не стесняться и писать при нём. И на унитазе сидя, и в ванне, стоя. И, конечно, они любились в комнате.
Отсутствие необходимости выходить из дома кроме как в магазин почти всю одежду оставляло в шкафах. И это было кстати, потому что иначе всё было бы уляпано. Смазки у Сони было почти столько же, сколько спермы у Гошки. Гошка сказал, что Сонин вкус ему нравится. Не столько трудновыразимым оттенком, сколько тем, что это ведь от него, Гошки, сестра так мокреет. Хочет его.
Покраснев – у неё это всё ещё случалось чаще брата, – Соня тоже призналась, что Гошка ей нравится на вкус. И теплота, и консистенция, и даже вкус – особенно когда фруктов поест. Но самое главное, как и у него, – ощущение, что тобой восхищаются. Каждый Гошкин оргазм внутрь неё – это несомненное выражение его восхищения ею.
Впустить брата в задние воротца или в попу, как прямо говорил Гошка, оказалось не так трудно, как Соне представлялось. Она, конечно, первый раз готовилась с большим волнением, запершись в ванной. Попробовав размять тугое колечко пальцем с гелем для душа, Соня неожиданно поняла, что не больно совсем. Палец входил внутрь легко, скользко. Внутри уже было чисто и никаких отрицательных эмоций не было. Два пальца уже ощущались сильнее, немного напоминая всем известный процесс, но в обратном направлении. Исследовав себя внутри во все стороны, Соня не нашла каких-либо удивительных точек, приносящих удовольствие. И осторожно попробовала добавить третий палец, примерно прикинув Гошкин диаметр.
Вот с тремя было трудно. Непривычное к такому вторжению колечко попы пыталось сжаться и так, и этак. Ноги на корточках устали. Соня уже готова была признать, что это предел, но тут ей пришла идея. Она улеглась на спину, положила ноги на края ванны и расслабилась, водя пальчиком по дырочке попы. Введя два пальца, она медленно водила их туда-сюда. А потом второй рукой начала ласкать себя повыше, в привычном месте.
Представив, как всё это видит Гошка – вот прямо стоит у ванны, с торчащим членом, смотрит на неё, хочет её, – Соня добавила третий палец внутрь ануса. Пальцы второй руки так сладко потирали липкие губки и шишечку клитора, что это было почти незаметно. И только во время оргазма она ощутила, как сфинктер сжимает пальцы внутри попы ритмично и крепко.
Придя в себя и умывшись, Соня решила, что примерный вариант она нашла. О чём и сообщила Гошке, стеснительно запинаясь:
– Гош...ты если меня в попу хочешь...то сначала полижи меня, хорошо? Чтобы я расслабилась...
Люблю попки. Часть 1. Рита