и ни миллиметра дальше. Она чувствовала, какой он толстый уже на входе. Чувствовала, как он пульсирует. А он смотрел ей в лицо – как она кусает губы, как мечется, как пытается насадиться на него сама, а он держит её за бёдра и не даёт.
– Ты бы видела себя, – прошептал он. – Охуенная.
– Пожалуйста…
– Чего?
– Глубже. Весь. Дэн, весь, пожалуйста…
Он вошёл.
Медленно, сантиметр за сантиметром, и она чувствовала каждый. Как он раздвигает её. Как заполняет. Как упирается в самую глубину. До конца. До его мягких волос у неё на лобке, до его бёдер у её бёдер.
Её чуть не накрыло только от этого. Она зажала себе рот ладонью.
Денис лёг на неё. Всем телом, грудь к груди, тяжесть и жар. Опёрся на локти по обе стороны от её головы. Отвёл её ладонь ото рта и положил свою – не зажимая, просто держа у её губ.
– Кусай, если надо, – шепнул он.
И начал двигаться.
Не быстро. Длинно. Выходил почти целиком – она чувствовала, как головка растягивает вход изнутри, – и входил снова до упора, вжимая её в одеяло. Каждый раз до конца. Каждый раз она стонала ему в ладонь.
Он смотрел ей в глаза. Не отрываясь. Его кудри упали на лоб, ресницы отбрасывали тень на скулы, цепочка свисала с шеи и холодила её грудь при каждом движении. Он был так близко, что она видела, как у него дрожат губы.
Потом он вышел из неё и перевернул её на живот.
Подложил ей под бёдра подушку – так, что попа приподнялась. Лёг сверху, вдоль неё, всем телом. Его грудь у её спины. Его губы у её уха. Развёл ей ноги коленом – и вошёл сзади.
Под этим углом он доставал ещё глубже. Она уткнулась лицом в одеяло. Он двигался медленно, вжимаясь бёдрами в её попу, и на каждом его движении её клитор тёрся о подушку под ней.
– Нравится? – шепнул он ей в ухо.
Она кивнула в одеяло.
– Скажи.
– Да… Да, блять, да…
– Лучше, чем акробат?
Она засмеялась – сдавленно, в одеяло, – и тут же застонала, потому что он вошёл особенно глубоко.
– Дурак…
– Скажи.
– Лучше, – выдохнула она. – Лучше, Дэн. Только не останавливайся.
За стеной кашлянул Рома.
Оба застыли.
Денис был в ней до конца – и не двигался. Алина не дышала. За стеной скрипнула кровать. Повернулся. Тишина. Снова ровное, сонное дыхание.
Денис уткнулся лбом ей в затылок, и она почувствовала, как он трясётся от беззвучного смеха.
А потом он двинулся снова. Ещё медленнее. Так медленно, что она чувствовала каждую вену на нём, каждый сантиметр, и от этой медленности её разбирало сильнее, чем от любой скорости. Его ладонь скользнула под неё, между ней и подушкой, и пальцы легли на клитор.
– Сейчас можно, – прошептал он. – Сейчас кончай.
Она не успела даже вдохнуть.
Её накрыло так, что всё тело выгнуло под ним. Всё, что он копил в ней весь этот час, сорвалось разом. Она закричала в одеяло, вцепившись в него пальцами, и сжималась вокруг него снова и снова, судорожно, а он прижимал её к полу всем телом и не давал ни вырваться, ни шуметь.
– Алина… – выдохнул он ей в затылок.
И она почувствовала, как он кончает. Глубоко в ней, вжавшись до упора. Пульсирует – раз, ещё, ещё. Горячо, долго. Он стонал ей в волосы, глухо, сдавленно, и его пальцы на её клиторе дрожали.
Потом всё стихло.
Он лежал на ней, не выходя. Дышал ей в шею. Его сердце стучало ей в спину.
Вечер без режима (Главы 1 - 2)