Галинина спина пропада-ла во мраке. Я старалась не касаться ее рук, ладони опускались медленно, я делала это специально. Свет-лая полоска ткани опускалась все ниже и ниже, я опус-тила руки и разжала пальцы. Платье выскользнуло и бесшумно упало на черную траву. Слабый силуэт спи-ны прорисовывался в темноте. Я подошла чуть по-ближе, положила ладони Галине на талию и останови-лась. Я чувствовала ее тепло и упругость кожи. Сжав пальцы, я завила их под резинку плавок. Мне хотелось быстрым движением их снять и наконец-то побежать в речку. Но мои движения были неуклюжими, и отрыви-стыми, меня это разозлило, я потянула с силой плавки вниз. Они нехотя как бы надомной издеваясь начали сползать и скручиваться , от этого они быстрей не дви-гались, а наоборот. Наконец они оказались на земле рядом с платьем. Галина, приподняла сперва одну но-гу, за тем другу, освобождая их от остатков одежды. Я стояла перед ней на коленях. Ее движения тела от-влекли меня, я пристально всматривалась в темноту, стараясь рассмотреть ее ноги.- Я – на распев произнесла я. Мне хотелось хоть, что-то сказать, что бы замять или оправдать свою не-ловкость.- Пойдем купаться – тихо и очень нежно, произ-несла Галина. Тронув мои волосы, она пошла к речке, я следила за ее движение. Несмотря на темноту леса, ее смуглая фигура отчетливо прорисовывалась на фоне ночи. В этот момент ее можно было сравнить с русалкой, что выходит по ночам на пустынный берег. Она подошла к воде, ступила в нее, и вода медленно поглотило ее тело. Галина нырнула, по темной глади воды разо-шлись косые круги, слабый круговорот воды говорил о том куда она плывет. Она вынырнула почти на лунной дорожке, отражение луны в воде очертили ее тело, на коже заблестели блики, и она стала похожа на на-стоящую русалку. * * На следующий день к Галине приехал ее жених, или как его надо было называть, муж, мне это не нра-вилось. Он забрал ее и уехал в город. Мне казалось, что она уехала насовсем, так быстрый был ее отъезд, и она так радовалась этому, а мне было грустно ос-таться одной. Эти дни, что ее не было, тянулись очень медленно, я не знала чем заняться, все, что я до этого делала, было скучным или бессмысленным. Галина вернулась вечером на четвертый день. Боже как я в душе этому обрадовалась. Мне хотелось как преданной собачке прыгать перед ней на задних лапках, лизать ей руки и преданно заглядывать в гла-за. Она была молчаливой, о чем-то все думала, но мне это не мешало быть рядом с ней и радоваться ее присутствию. На душе стало сразу спокойно, как будто я нашла то, что потеряла и так долго искала. Я сидела рядом и наслаждалась ее присутствием, ко мне вер-нулись мои мысли.- Хочешь, я покажу тебе свою берлогу – выпалила я. Мне хотелось отвлечь ее от переживаний, что ос-тались в ее душе, что бы она обратила на меня по-больше внимания и вместе со мной порадовалась.- Пока тебя не было, я соорудила себе небольшой уголок на чердаке, знаешь как там здорово, даже днем прохладно, я принесла туда свой мольберт и
Терпи, девочка, терпи!