полумальчик - полуюноша, с сочными ярко-красными, чуть капризными, губами, с блестящими, наивными и доверчивыми глазами, обрамленными пушистыми ресницами, делавшими их еще более наивными и доверчивыми. Его гладкое молодое тело с коричневыми блестящими плечами было нежно, и возле темных больших сосков еще не было волос; у него были крепкие сильные ноги, покрытые золотым от солнца пушком, и тугая круглая попка была обтянута белой набедренной тканью. Несмотря на юный возраст, в нем были сила и мужественность. Она внимательно рассматривала юношу и чувствовала, что, вопреки своей воле, доброта, чистота и желание любви незаметно и навсегда вползают в нее. Ей не хотелось его непременной смерти, но и не хотелось отпускать. «Почему бы не он? - неожиданно для себя подумала она, глядя на Персея. – Я смертна, и когда-нибудь это должно произойти» Он все еще нерешительно держал в руке подарок Афины. Это было странное и магическое зеркало: оно долго лежало у Афины ненужным и скучающее от тоски и одиночества, покрываясь слоем серой и едкой пыли, равномерно ложащейся на поверхность. Ничто, кроме тусклой дальней комнаты со старыми предметами, не отражалось в нем, и редкие тусклые дневные лучи нехотя указывали на смену дня и ночи. Так проходили мгновенья, секунды, минуты, часы; часы складывались в серые сутки, а сутки вмещались в одинаковые серые года, прессованные слоями серой пыли. Изредка, в комнату случайно влетало какое-нибудь насекомое, которое, пожужжав или попищав, попадалось в густую и противно липко-тяжелую и тоже серую, как все здесь, паутину к серым и старым паукам. Никто и ничто не нарушало, да и не хотело нарушать серый покой этого мира. Зеркало ждало того момента, когда сможет выполнить поручение хозяйки, как верный и преданный слуга с нетерпением ждет приказа. Теперь оно было в руках у жертвы и знало, что надо делать. - Странный подарок, - Медуза глянула в зеркало. Красивое лицо смотрела оттуда. Женщина удовлетворенно разглядывала себя и, казалось, забыла о посланце. Он же, немного постояв возле нее, переменяясь с ноги на ногу, и видя, что она занята рассматриванием себя в зеркале, медленно отошел от нее, ступая по мягкому песку. Персей стал разглядывать каменные изваяния, находившиеся невдалеке. - Это кто? – спросил он. - Это мои гости. Все они были живыми людьми, и все остались тут, - она улыбнулась. Юноше стало жутко. - Все были живыми? – переспросил он. - Все… - улыбка не сходила с ее губ. Он молча подошел к ним. - Они все были твоими любовниками? – спросил Персей, дотронувшись до твердого, пористого камня ближайшей статуи. Женщина промолчала, слегка шевельнувшись. Ей не очень-то хотелось об этом говорить. - Ты их любила?- он прошел дальше и дотронулся до другой статуи. - Нет… - Ты помнишь каждого? – следующая статуя была чуть шероховатой. Она посмотрела на застывшие тела. Некоторые из них уже были изъедены ветром и морским соленым воздухом. - Да, каждого… Все они были разные: были тихие, хитрые, были громкие с сильным смехом; бородатые и с
Начало 3