я и начал осуществление своего плана. На следующее утро мы втроём отправились в парк. Последним в нашем плане было колесо обозрения. Настя, сославшись на боязнь высоты, осталась внизу, караулить вещи. Мы с Сёмкой забрались в кабинку.- Хорошая у тебя мама, - начал я издалека.- Ага, только строгая, - кивнул Сёмка, озираясь вокруг.- Запрещает много? - Ага, - снова кивнул он. – Ругается. Я ж бедовый.- Ну, это дело поправимое. Есть у меня одно лекарство… которое делает добрее.- Да ну! – вытаращил глаза Сёмка.- Честное слово. Я начальнице своей на работе подсыпал, так она знаешь, какая добрая сразу стала! - Вот бы мне его, меня мама гулять бы отпускала допоздна.Я вытащил из кармана баночку и потряс ею перед его носом. - Дарю. Если два раза в день в еду или в чай подсыпать, то человек становится добрым, как… в общем увидишь. Только мама об этом ничего знать не должна, иначе не подействует.Сёмка с серьёзным видом спрятал баночку в карман.Тем же вечером Семён удостоверился, что банка моя – действительно волшебная. Гулял он до позднего вечера. А мы с Настей в моём номере знакомились настолько близко, насколько это вообще возможно. У Насти было сногсшибательное тренированное тело. Грудь, как я и предполагал, держала форму великолепно, а заодно и мой взгляд. Да она и сама это знала, поэтому так любила позу наездницы.Уже стемнело, когда мы пошли в её номер. Я принялся готовить чай. С улицы прибежал Сёмка. Настя чуть поворчала насчёт того, что он задержался и юркнула в душ. Я подмигнул ему заговорщически и указал на чашки. Он мгновенно всё понял, достал из кармана мою баночку и насыпал чайную ложку в чай, как я и учил.Мы попили все вместе чай. Настя, как обычно отказалась от сладкого. Я пошутил насчёт того, что те, кто не ест после шести, рискуют проснуться в полночь у холодильника.Утром, когда я постучался в Настин номер, мне открыл Семён. Настя сидела на кухне и уплетала бутерброды. Вид у неё был, как у нашкодившей кошки.- Ну что, пойдём в кафе? – спросил я.- Я только переоденусь, - торопливо ответила Настя. Когда она вышла в комнату, Сёмка подмигнул мне:- Утром, всыпал двойную дозу. Ругалась, что рано встал и разбудил.В кафе я начал подозревать, что Сёмка всыпал в Настин утренний кофе едва ли не полбанки порошка. Из кафе мы выбрались только в полдень и, раз уж на пляж идти было поздно, завернули в другое кафе, где и пробыли до самого вечера.Сёмка, съел столько мороженого, что осоловел и уснул у меня на руках, пока мы шли в отель. Мы уложили его спать в моем номере, а сами пошли в Настин. Когда я вышел из душа, Настя обнажённая стояла перед зеркалом. Нет, она не изменилась кардинально. Но всё же это была уже другая Настя. Куда-то делась резкость линий животика, запястья не были уже такими беззещитными. Настя увидела меня, смутилась и нырнула под одеяло. - Иди ко мне. Вот так раз. Куда только подевалась вчерашняя львица, демонстрировавшая мне каждый сантиметр своего тела. Теперь, когда сантиметров стало больше, Настя превратилась в небывалую скромницу. Она норовила спрятаться подо мной от меня же, а когда мы закончили, убежала в душ, завернувшись в простыню.Наутро, я по привычке, поцеловал задумчиво сидящую за столом с чашкой кофе Настю. Щёчка её стала нежнее, мягче. Я не удержался и поцеловал другую пухленькую щёчку.- Скажи мне, я толстая? Раньше этот вопрос меня жутко раздражал. Сегодня я только
Тимур и его команда III. Bonus. Фрагмент 8 & 1/2. Happy New Year! Окончание