проходило, и она все смелее смотрела, как Мишка это делает. Ей было интересно, и она на миг даже забылась и отпустила резинку трусиков. Мишка тут же завопил: - Покажи! Света снова отодвинула резинку, и Мишка стал водить еще быстрее. Его дыхание стало тяжелым, как у задыхающегося. Сквозь резкие выдохи он пробормотал: - Раздвинь... Света сначала не поняла, но увидев его взгляд, устремленный прямо на ее щель, отрицательно покачала головой. Она и сама-то боялась заглядывать туда, а уж показать парню... Впрочем, ее тоже охватило волнение, то самое, при котором, как она уже успела понять, пропадает всяческая стеснительность... Она осторожно начала раздвигать губки, как вдруг Мишка охнул, дернулся, и струя густой жидкости шлепнулась на пол рядом с кроватью. Пока Мишка спускал, она не шевелилась, и только потом, когда он замер, осторожно отпустила трусики. Когда Мишка пришел в себя, он засунул опавший член в трусы, сел рядом с ней и возбужденно покачал головой: - Блин, а с тобой гораздо быстрее... и кайфнее. - Слушай, а ты давно? - Чего? - Ну, это..., - она кивнула на член и покраснела: - Дрочишь? - Ну, года два, наверное... Только не говори никому, ладно? - А ты сильно балдеешь? - Очень. Просто вообще, как будто умираешь каждый раз. - А ты часто можешь? - Когда как. Если фотка есть, или вот с тобой, то через десять минут снова могу. А так - только вечером. Чтобы всю ночь не торчал. И чтобы ночью не спускать. - Ночью? - Ага. Знаешь, иногда какая-нибудь фигня приснится - баба голая или еще чего - проснешься, а уже потекло. - Прикольно. - Ой, блин, бабушка идет. Неси скорее тряпку, надо вытереть. * * * Утром солнце стояло уже высоко и ощутимо припекало. Переглянувшись, они схватили по булочке и поскакали вниз с горы по направлению к заливу. Впрочем, купаться было еще рано - на берегу была тень, по воде бежал ветерок, и Света уже пожалела, что так рано пошла купаться. Впрочем, было еще одно дело... Она застенчиво оглянулась на Мишку и пробормотала: - Пойдем в лес, погуляем. Ей стало стыдно - ей казалось, что все написано у нее на лице. Сегодня она опять вспомнила о том, что Мишка старше ее на целый год, и что он единственный, кто видел ее щель... Пока она боролась между застенчивостью и желанием, Мишка подумал и потянул ее за руку: - Пойдем. Пока они дошли до поляны, стало жарко. Остановившись посреди поляны, они молча смотрели друг на друга, краснели и не знали, что делать. Наконец Мишка расстелил одеяло и спросил, как бы невзначай: - Как ты думаешь, сюда еще долго никто не придет? - Не знаю. Наверное, еще рано... Мишка снял рубашку, потом скинул кеды и трико. У него стоял, но он уже не обращал на это внимание. В отличие от Светы. Она вдруг подумала, что будет, если он начнет ей засовывать. От Машки она знала, что в первый раз должно быть больно, но насколько больно... И вообще-то ей не очень-то хотелось. Хотя было интересно... Ей стало на минутку страшно - девчонки во дворе говорили, что девку, которой сломали целку, видно по походке. Она представила, как она заходит домой нараскоряку, мамин взгляд.... - Чего стоишь-то? - Мишкин возглас оторвал ее от размышлений. Мишка уже сидел, и его бугорок скрылся за складками живота. Она медленно развязала поясок на платье, потом стянула платье через голову. На ней был купальник
Уличная соска