стояли рядом. Один из них, в котором Оля безошибочно определила кавказца, протянул ей руку.Она дала ее молча, и он помог ей подняться. Она хотела отряхнуться, но ночной кавалер руку не отпускал. Оля поняла, что это плохой знак.- Спешишь, красавица? – с насмешкой в тоне спросил «кавказец». Акцент сына гор, как и сам типаж лица кавказской национальности у Оли вызывал отвращение с детства.- А она уже пришла, Арсен – вдруг заговорил второй преследователь. Оля бегло взглянула на него. Лысый, худой, но жилистый мужик смотрел на нее улибысто и оценивающе - взглядом голодного зверя, вплотную подошедшего к добыче. С таким взглядом не стоит встречаться ни одной девушке, и Оля почувствовала приближение чего-то неизбежного, от которого веяло холодом и пустотой…- Мне пора, спасибо – попробовала максимально уверенно сказать она, и пойти дальше, но парни, похоже, знали, что будет дальше.Арсен подошел сзади, и ловко вывернул ей руки за спину, держа их, играючи, одной рукой. Оля попробовала закричать, но вторая рука хачика уверенно зажала ей рот.- В подворотню ее – откомандовал «лысый», и сам схватил ее за ноги, зацепив тонкие колготки. Они потащили ее к подъеду дома, стоящего рядом. Ужас охватил Ольгу, все попытки вырываться и брыкать ногами не позволяли ей вырваться, а вокруг никого. Крепкие руки мужиков не давали ей шанса, приближая то, что должно было произойти… В темной подворотне Арсен прижал ее спиной к стене. «Лысый» подошел вплотную, и его руки скользнули вниз, к трусикам. Ольга задрожала, ей захотелось отдать все на свете, но не испытывать этого унижения. Ловко сорвав тонкую ткань, «лысый» скомкал трусы, и вставил ей в рот, вместо кляпа. Ольга замычала, но кричать по-прежнему не могла.- Красывая – отметил Арсен, оскалив блестящие зубы – люблю такых дэвчонок. - И уже обращаясь к беспомощной девушке, добавил – Не дергайся, мылая, и тэбе не будет сыльно больно! Эще понравиться, сама проситься потом будэшь. Ольга в ответ дернулась, что было сил – и сразу получила удар поддых от «лысого». В глазах потемнело, словно проваливаясь куда-то. В сознание ее вернул голос «лысого»- Я первый! Трусиков внизу уже не было, и оголенная промежность ощутила грубую мужскую руку. Она потеребила клитор, нащупала самое главное, и пальцы проникли вовнутрь, теребля и распирая половые губы, готовя их к предстоящему вторжению. Ольге было так отвратительно, что она даже не замечала накатившейся боли от бесцеремонного обращения. Оля услышала, как расстегивается змейка на мужских штанах.- Сухая – отметил «лысый», глянув на свои пальцы - Ну тебе же хуже, сучка! Держись!С этими словами он резко воткнул в нее своим членом, и стоя начал долбить, схватив сзади за упругие ягодицы. Олю затошнило от боли и унижения, но она уже не пыталась вырываться. Начавшееся после ночной прогулки – пропади она пропадом – изнасилование этими уродами вызвало в ней волну отвращения и одновременно бессилия. - Давай, брат, давай – подначивал стоящий сбоку кавказец, который, дабы не скучать, теребил Ольгину оголенную грудь. – Сиськи у дэвочки, что надо, я уже жду-не дождусь. Паша, давай ее, бистрее, очэнь хочу!«Лысый» Паша трахал ее жестко, дыша вплотную в лицо. Оля с заткнутым ртом попробовала отвернуться, но кавказец развернул ее лицо обратно – глаза к глазам к Паше.- А ну нэ отворачивайся, смотри, какой жених тебе сегодня случится – захохотал он...Член Паши елозил ее, казалось целую вечность. Влагалищу было больно, никакого возбуждения, естественно, происходящее насилие в Ольге вызвать не могло, и внезапный секс шел насухую. Причем
Наша любимая Пупсик