человек, я не могу себе даже представить, что бы я без тебя делал. Но вот то, что я сейчас к тебе чувствую – это неправильно, понимаешь? Так не должно было случиться. А я ведь даже не помню, когда и как это началось… - Всю жизнь, - тихо-тихо говорит Том. - Что? – переспрашиваю я. - Я любил тебя всю жизнь, Билл, - говорит мой брат. Все мои благие намерения летят к черту. - Я тоже – всю жизнь, Том… - шепчу я. - Тогда, - он задерживает дыхание, как перед прыжком, - какая разница? Он не договорил, но я знаю, о чем он сейчас думает – какая разница, как мы друг друга любим? Разве у любви могут быть границы? Но в то же время я понимаю, насколько это неправильно… Меня просто разрывает на части. Я хочу подойти к Тому, обнять его, поцеловать. И с такой же силой хочу развернуться и убежать, оставить его за спиной, вместе с этими мыслями, с этими желаниями. Том встает со своего места и закрывает балконную дверь, отрезав тем самым путь к бегству. К спасению. К разъединению двух душ… Протягивает мне руку и, когда я берусь за нее, притягивает меня к себе и обнимает. Трется носом о мою щеку. Затем опускается вниз и губами легонько пощипывает мою шею. Я весь дрожу от холода и возбуждения. - Прости меня, - внезапно говорит мой брат, не переставая целовать мне шею. - За что? - За засос. Я, честное слово, не хотел так сильно… Я улыбаюсь. Я уж подумал, что он просит прощения за то, что на свет родился. Вдруг мне становится легко-легко. И все равно, что о нас могут подумать. Не поймут – это их проблемы, я по этому поводу заморачиваться не буду… В это время губы Тома подбираются к моим. - Я люблю тебя, - говорит он перед тем, как поцеловать меня по-настоящему, так, как мне хочется. И уже через секунду у меня сносит крышу от ласк моего брата. Он гораздо опытнее меня, и пользуется сейчас этим вовсю. Легонько посасывает мои губы, проводит по ним языком, зажигает меня все больше и больше… Я чувствую, как у Тома сбивается дыхание, со мной происходит то же самое… Том, я хочу тебя… Том, я люблю тебя… Мне очень-очень страшно, но я не смогу чувствовать к тебе что-то другое. Больше – нет… Я обнимаю его. Хорошо, что он сейчас в обычной футболке, а не в этих огромных мешках, которые он называет крутой одеждой. Просовываю руки ему под футболку, чувствую, какой он горячий, ласково глажу его по лопаткам. Том дрожит под моими руками… Это необыкновенно… - Билл, так нельзя, - наконец отрывается он от меня. - Что? – я его еще не понимаю, голова кружится после поцелуя. - Вот так сразу и все – нельзя! Да. Да… Согласен. Сразу и все – нельзя… Это слишком быстро… - Я хочу тебя, - говорю я своему брату. - Я знаю, - самоуверенно улыбается он. – Я такой классный, что меня хочет даже мой брат… - Дурак, - беззлобно говорю я, отхожу и сажусь в свое кресло. Том подходит ко мне и садится рядом со мной на корточки. - Ты будешь писать? – он заглядывает мне в глаза. Я киваю. Ищу глазами тетрадь. - Ты на ней сидишь, - хитро улыбается мой братец и поднимается. – Я спать пойду, ладно? Я опять киваю. Том идет
Любимая