— Неожиданно... - пробормотал Антон. – Очень неожиданно...
Ему понадобилось минут пять, чтобы прийти в себя от устроенного мною шоу. И теперь он ошарашенно смотрел на меня, будто я не его бывшая одноклассница, а свалившаяся с небес инопланетянка. Я тоже потихоньку начала приходить в себя, хмель решил оставить в покое мою дурную головушку, уступив место здравым мыслям.
— Что неожиданно?
— Ну, никак не ожидал, что ты можешь вот так...ты же в школе совсем другая была...
— Недотрога, что ли? – вызывающе спросила я.
— Ну, типа того...
— Дурак, я же себя берегла для тебя! – вырвалось у меня. Нет, похоже, я всё ещё пьяная, раз начала так откровенничать. – А ты всё со Светкой да со Светкой!
— Я чувствовал, что нравлюсь тебе. – тихо ответил Антон. – Но ты пойми, мне тогда Света нравилась! Хотя я понимал, что она просто крутит и играет со мной. А ты почему на выпускном с Лёхой пошла? Он потом всем растрезвонил, что завёл тебя в кусты за фонтаном и трахнул, сделал тебя женщиной. А ты и вправду до этого целочкой была?
— Да! – я отвернулась и уставилась на стену древесных стволов, выстроивших за окном машины.
— Зачем ты ему дала? Он же всегда был конкретным козлом!
— Назло тебе!
— Ну и глупо. Не надо было мне ничего доказывать. А я Лёхе потом рожу расквасил. – признался Антон. – Когда он начал трепаться, как раком тебя поставил и вдул, я не выдержал и...
— Всё, закроем тему! – я неожиданно почувствовала приступ злости. Хотя, собственно, на кого злиться-то? Разве что только на себя...
— А ты куда шла-то, когда я тебя увидел?
— В магазин, за сахаром.
— Подвезти?
Эти слова прозвучали так, будто он желает как можно быстрее отделаться от меня и ищет повод. А что, удобно так: получил минет, прикинулся джентльменом, подбросил даму до магазина, помахал ей ручкой и поехал по своим делам. Обычная линия мужского поведения, не обременённого отношениями.
— Сама дойду! – бросила я в ответ, распахнула дверцу и выскочила наружу.
Антон выскочил следом: он догнал меня, не дав сделать и нескольких шагов, развернул к себе лицом, приподнял и уложил на капот машины. Я ещё не успела сообразить, что он задумал, а Антон рывком приспустил до колен мои штанишки вместе с трусиками, за голени поднял ноги вверх и припал губами к моей щёлке. И всю мою злость как рукой сняло...
— Антон, не надо...там у меня с утра не мыто...я же и в туалет ходила, и на даче работала...
— Не выступай! – оборвал меня Антон.
Ох, какой умелый был у него язычок! Минуты не прошло, а Антон уже взвинтил меня так, что я начала завывать. Похоже, опыт у него в этом деле был немалый: кончик языка выделывал какие-то замысловатые зигзаги по малым половым губкам, кружил по клитору, нырял внутрь, и всё это сопровождалось посасыванием тех же губок. Наверное, ещё три-четыре минуты, и я бы кончила. Но мне хотелось почувствовать его, член желанного человека, внутри; и Антон, поняв это, оторвался от моей промежности, вновь приподнял и поставил на ноги. А затем развернул, слегка надавил на спину, заставив меня наклониться, и вошёл: его пенис скользнул как по маслу, легко войдя до самого основания.
Толчки были мощными и упругими: мне казалось, что даже машина, в которую я упираюсь руками, слегка раскачивается. А может, мне это и вправду казалось...но трахал меня Антон весьма и весьма темпераментно. «Он ведь совсем недавно кончил мне в рот, и у него опять стоит!» мелькнула в
Тяжёлая участь дипломата. Часть 8