Fan-fiction по вселенной цикла «МИФические истории» Роберта Асприна.
Мы помним, что в «МИФтерии жизни» бедная воровка Луанна услышала весьма жестокую отповедь, месть великого мага за разочарование в порушенном романтическом идеале. Что было бы, решись она в той же сцене на месть со своей стороны, месть злую, циничную, беспринципную, но в то же время фривольную и играющую на всех кнопочках похоти гормонально озабоченного подростка?..
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
Она не стала противиться.
Не стала бороться. Не стала как-либо прекословить. Не попыталась вставить хоть слово во время моей холодной тирады с требованием взять золотые и немедленно выметаться. Стояла и молча смотрела, в то время как пальцы её теребили рассеянно сумочку, теребили ту самую сумочку, куда полагалось отправиться протянутым мною деньгам, лик же её становился меж делом белей и белее.
Бледным и отстранённым.
Как слоновая кость.
— Он был прав. — Глухо звучащее замечание полушёпотом, похожее на выпущенную наружу мысль. О ком речь? О Мэтте? — Ты не знал и не жаждал знать меня настоящую. Ты любил призрака.
Я лишь стиснул зубы едва не до хруста.
Сказанное ею было оскорбительно точным, я и сам сознавал это, но что толку констатировать непреложное.
— Тебя привлекла внешность. — Рука Луанны протянулась к брошенным мною на стол золотым, тонкие пальцы совершили над монетами странный пасс, почти коснувшись их, но не дотронувшись до конца. — Всё — как он говорил. Просто — стройные ножки и милое личико, да? Всё, что тебе нужно, всё, что требуется, дабы свести с ума великого мага.
Она посмотрела на меня, игра теней проделывала с её лицом странные вещи.
— Так?
Челюсти мои только приглушенно скрипнули. Попытки её сохранить достойную мину при провальной игре, выходки этой пародии на сотканный мною когда-то в уме романтический образ должны были по идее лишь меня раздражать.
Но, как ни странно, я ощутил неловкость.
— Терпеть не могу, когда мнение Мэтта вновь в очередной раз совпадает с действительностью.
Летящей, странно воздушной походкой Луанна сделала пару грациозных шагов и обогнула стол между нами, взгляд её невыразимо прозрачных светлых голубых глаз встретился с моим взглядом. Я ощущал, что не в силах что-либо возразить, как если бы высказанная мной перед этим тирада полностью опустошила меня.
— Смазливое личико, — перефразировала она минутой ранее сказанное. — Красивые глаза. Фигура. Ноги. Ладони.
Рука её вытянулась вперёд, пальцы её зависли на пару мгновений прямо пред моим взором, суставы их несколько раз согнулись и разогнулись.
— Достаточно только лишь этого, правда же?
Девушка рассмеялась негромко, словно заметив тень недовольства на моём лике.
— О нет, чародей, презренная воровка и лицемерка вовсе не планирует похищать твоё сердце, — в интонациях её, кроме смеха, проскользнула горечь. — Помыслы её, поверь, вовсе не настоль высоки?
Ладонь Луанны чуть сдвинулась ниже, фаланги её пошевелились. И — сразу, без перехода? — оказалась прямо у моих брюк, гамма безумных осязательных чувств пронзила меня едва ли не ранее, чем я осознал, где пребывают теперь и что совершают со мной сейчас её пальцы.
— Нравится?
Очи её блеснули голубой искрой, фаланги прижались сквозь брюки к моей раскалённой плоти и ускорили на несколько мгновений движения. Я закусил губу, чувствуя, что рискую иначе застонать вслух, кануть в сладкую бездну.
— Это — рука воровки, не забывай, — мягко, но непреклонно напомнила мне Луанна, облизнув губы, в голосе её прозвучала бархатистая вкрадчивость. — Рука, которой было украдено столько кошельков, рука, из-за которой столько людей вечером остались без ужина...
Сексуальная эволюция маленького человека