Не оскудеет богатырями земля Русская! У нас не только витязи доблестные, но и среди девиц красных богатырши встречаются. А прекраснейшая из них - Дарёна Дубравна, прозванная так потому, что от дуба дерева рождена. И хоть красотою с ней едва кто сравнится, в жены её пока никто не взял. И не потому вовсе, что любого мужика больше да сильнее, а оттого, что девственность её дюже прочна оказалась. Уж женихам она отдавалась, уж на уд булатный сажалась, а всё одно девицей осталась. Средства все перепробовав, пришла Дарёна вновь в лесную избушку, просить о совете знатку-старушку. Та и поведала ей о богатыре столь могучем, что девку целую версту нести на своей елде могёт. Красна девица и вопрошает.
— Где же богатыря того сыскать, да как бы мне его узнать?
— Богатырь тот в плену у бесов томится. За Кудыкиной горой да за огненной землей скалы высятся что бритва остротой. Средь них узилище нечистых, куда попасть легко, а выйти невозможно. Богатыря же узнать немудрено - узилище то сделано для него для одного. Дюже ненавидят его бесы.
Решила красна девица, что горы свернёт, а богатыря того найдёт. Спешит уже откланяться, но старушка её за руку хватает и тайну одну открывает:
— Беса ты в доме изловила, да в сундуке затворила. Только силы тёмные не отступают, новых слуг к тебе посылают. Вот и нынче один увивается, непросто будет от него избавиться.
За науку Дарёна благодарит, в путь-дорожку собирается, через дверь идёт нагибается, на крыльце перед солнышком разминается. Плечи могучие расправляет, груди прелестные лучам подставляет. Только сейчас вспомнила красна девица, что для утех с удом на стуле разделась, да в отчаянии так голая к знатке и поспешила. И хоть в порыве страсти для парней оголялась, перед всем честным людом так идти постеснялась.
Чтоб голой по свету не ходить, да понапрасну кого-нибудь не возбудить, Дарёна веток дубовых нарвала, младою лозою связала, так и прикрыла задок, передок, а на грудях лишь правый сосок. Левую грудь нагой сохранила, лишь на вершинку листок прилепила.
Отправилась богатырша славная в путь-дорожку. А вслед за ней и бес увязался. Идёт Дарёна по родным просторам шагом твёрдым да смелым, а лукавый словно блоха на сковородке скачет, как девицу красную погубить размышляет, как богатыршу одолеть гадает.
Как шла Дарёна Дубравна по лугу зелёному подле опушки, нечистый в лес метнулся, бирюком обернулся, да вывел стаю на коня, что на лугу пасся. Решил, пожалеет богатырша коня, спасать бросится, да супротив всей стаи не сдюжит.
И вот видит красна девица, по лугу конь во весь опор скачет, а гонит его целая стая волков во главе с огромным бирюком. Упёрлась Дарёна в землицу родную ножками сильными да длинными, напряглась всем телом прелестным, поймала коня за за шею мощную, да на полном ходу остановила. Ни на пядь не сдвинулась!
А как волки окружили, топнула так, что пыль всколыхнулась. Оробели серые, а богатырша-красавица бирюка за шкирку схватила, сорвала ветку дубовую, что грудь прикрывала, и давай хлестать его! Каждый раз как ударит, один волк хвост поджимает да в лес удирает. Так вся стая и разбежалась.
Бирюка же так отхлестала, что им прикинувшийся бес едва с жизнью не расстался, а на ветке лишь один листочек остался. Сорвала красна девица этот листок, да прикрыла им свой правый сосок.
Тут мужичок на лугу появился, богатырше в пояс поклонился.
— Благодарю тебя, богатырша-красавица, нам одним бы с угрозой не справиться! Спасла моего Сивушку от смерти страшной. Не знаю токмо, чем тебя вознаградить.
— Не надобно мне никакой награды, ты счастлив, конь
Все те же трое и любовь. продолжение2