Рассерженная Госпожа сидит на диване, перед ней на коленях стоит её испуганный домашний раб. Он не живет с Госпожой. Раб приходит два раза в неделю убираться, готовить еду, стирать вещи Госпожи и её бельё. Вот как раз стиркой белья Госпожа и недовольна. В руках у неё изящные дамские трусики.
— Это что такое? У тебя не так много задач, значит ты должен делать их качественно. Самым лучшим образом! Мои трусики должны были быть тщательно выстираны и хорошо пахнуть душистым мылом. А ты что сделал? Постирал хозяйственным! Мерзавец! Как я теперь сниму их перед своим любовником?! Что он почувствует!? Ты что хотел меня подставить? – и Госпожа, отложив трусики хлестала раба по щекам.
— Нет, Госпожа, простите, я просто перепутал, я думал, что это повседневные... Не для Ваших встреч, - лепетал раб и лова его под градом пощечин шаталась из стороны в сторону.
— А что повседневные разве не должны хорошо пахнуть? Запомни раз и навсегда: стирать моё бельё исключительно ароматным мылом, только руками, стоя на коленях! Ты стоишь на коленях, когда стираешь мои трусы? – Госпожа прекратила раздавать пощечины, склонила голову раба ниц и поставила на неё босую ногу.
— Да, Госпожа, я всегда стою на коленях перед тазиком с вашими трусиками, колготками или носочками.
— Надеюсь ты целуешь их прежде, чем постирать.
— Да, конечно, обязательно целую.
— Вот на этих трусиках были следы спермы. Целовал?
— Да, Госпожа, целовал. Много раз целовал.
— Так почему же ты постирал их не тем мылом! Ты должен был отнестись к этой вещи с особенным почтением, а ты всё испортил.
— Простите, Госпожа, простите! Эти трусики смешались с другими, я перепутал... Простите меня!
— Не прощу! Будешь строго наказан. А трусики перестираешь!
— Слушаюсь, моя Госпожа!
— Иди возьми на кухне сухой горох, расстели в углу ножное полотенце, насыпь на него гороха и постой на нем коленями полтора часа. Знаю, что больше ты не выдержись, а 90 минут терпи!
— Простите Госпожа, но это очень суровое наказание.
— Да! Суровое. А как ты хотел? Ты очень передо мной провинился. Поэтому ты должен почувствовать всю глубину своей вины. Стой на коленях на горохе и думай о своём поведении. В следующий раз будешь работать лучше.
— Госпожа, я стараюсь, я буду работать лучше, я больше Вас не подведу. Только простите! Позвольте мне постоять хотя бы час.
— Нет! И не умоляй! Не смей мне перечить. Ты должен быть покорным. Я позволила тебе быть моим домашним рабом с тем условием, что ты будешь неукоснительно исполнять все мои приказы и распоряжения. Что ты будешь всё делать так как я хочу. Иначе высеку и прогоню!
— Простите, Госпожа, не гоните меня. Я всё понял. Я иду стоять на горохе столько сколько вы мне назначили.
— Ну, то-то же! – Госпожа сняла ногу с головы раба, позволив ему исполнять её приказ.
Раб отправляется на кухню. Берет банку с горохом, в ванной полотенце. Стелет в коридоре полотенце, насыпает на него горох. Раздевается. Снимает брюки и трусы. Во время наказания раб должен быть абсолютно голым. Из одежды на нем, если так можно сказать, только мужской пояс верности. Клетка для члена.
Разумеется, ни о каком сексе между домашним рабом и его Госпожой не может быть и речи, и пояс надет вовсе не для того, чтобы раб не смог вступить с ней в интимные отношения. Просто не имеет права на самоудовлетворение. Для того чтобы это правило соблюдалось его член и заперт в металлическое устройство.
Раб встает голыми коленями на горох, горошины тут же впиваются
Из жизни Пушкина