Храм Призывателей ночи располагался на возвышенности, за городом. Сакура брела вслед за Эрандуром и с грустью озиралась по сторонам. Весь Данстар был погружен в уныние и депрессию. Чёрные мешки под глазами и сонный вид лучше всего свидетельствовали о том, что люди практически не спали по ночам. Встречные горожане с надеждой смотрели на жреца Мары и молоденькую девушку, все уповали только на богов.
— Как приятно, наконец, действительно помочь этим людям. Я больше не могу беспомощно наблюдать их страдания.
Эрандур часто оглядывался на Сакуру, что-то говорил и снова двигался вперёд. Девушка в пол уха слушала жреца и была погружена в свои мысли.
— Осторожно, дорогая, не споткнись на этом камне.
Они уже вышли за город и поднимались по тропинке ведущей к храму. Жрец всё чаще оборачивался к девушке, похотливо рассматривая молодую красавицу. Всё чаще останавливался, дабы ненароком прикоснуться к ней, якобы помогая перешагнуть через незначительные препятствия. Всё чаще его руки, как бы невзначай, скользили по талии, или попке Сакуры.
— Может, в целях безопасности, ты пойдёшь первая? А то, мало ли, поскользнёшься на склоне?
Сакура пошла вперёд, поднимаясь по склону, и вызывающе повиливала попкой. Меж тем Эрандур продолжал болтать, не забывая посматривать на аппетитные, подтянутые, формы девушки:
— Уже несколько десятилетий храм стоит заброшенным. Какая ирония, не так ли? Руины внутри руин...
Сакура лишь молча поднималась по тропинке. Эрандур продолжал:
— Я оборудовал небольшое святилище богини Мары, в первом зале, у входа. Я надеялся, что Она не оставит меня духовным наставлением.
Они подошли к ветхим воротам, закрывающим вход во внутрь.
— Прежде чем мы войдём, я хочу предупредить об опасностях, которые ждут внутри. Много лет назад на храм напали одержимые местью орки... Их так же, как и жителей Данстара сейчас, одолевали ночные кошмары.
— Удалось ли им достичь своей цели?
— Нет. Зная что им не одолеть орков, жрецы Вермины выпустили так называемые Миазмы, и погрузили всех в сон.
— Почему же ты считаешь, что это опасно, если все спят?
— Я опасаюсь, что когда мы откроем ворота - миазмы выветрятся. И тогда все проснутся. И орки и жрецы Вермины.
— Что такое миазмы?
— Миазмы были созданы жрецами Вермины, для их ритуалов. Это газ, который погружает жертв в глубокий сон. Поскольку ритуалы длились днями, и даже месяцами, миазмы замедляли процесс старения.
— Этот газ опасен?
— К сожалению да. Чем дольше человек дышит миазмами, тем больше повреждается его разум. Вплоть до потери рассудка. В некоторых случаях люди просто не просыпались.
Сакура подумала - как это ужасно умереть во сне, в кошмарах... Впрочем - не все сны ужасны.
Они вошли в первый зал. Здесь миазмов не было, поэтому Эрандур обустроил здесь небольшой алтарь богини Мары. Сакура, в свете факелов, с интересом рассматривала остатки полуразрушенной мебели, разбросанные книги и запыленную утварь. Вход во внутренние залы, кроме дюжих дверей, надёжно закрывала магическая пелена, не пропускавшая миазмы.
— Я сейчас открою ворота. Подожди несколько минут.
Эрандур произнёс несколько заклинаний, снимая магическую защиту. Затем достал обыкновенный ключ и отпер двери. Изнутри обдало затхлым, пыльным воздухом, пропитанным миазмами. Сакура от неожиданности чихнула.
— Прикрой платком нос, а то заснёшь ненароком. Миазмы скоро выветрятся.
Они вошли во внутренние залы. За дверью сразу находилась площадка закрытого балкона, с большим окном. А на верх и в низ вела широкая лестница. Эрандур подозвал девушку к окну:
— Теперь я покажу тебе источник кошмаров. Сюда... Узри Череп Порчи, источник горестей Данстара!
Внизу располагался большой, круглый зал, в центре которого стояла золотая статуя. Пред статуей находился алтарь, на котором лежал хрустальный череп странной формы. Статуя изображала совершенно голую, красивую
Длинная летняя ночь