— Знаешь что, приятель, давай-ка мы с тобой всё же кое-что раз и навсегда проясним...
С этими словами я склонился к Штруделю, высунул мордочку зверька из пакета с наверняка очень вкусными семенами Мередийского папоротника и принудил его взглянуть мне в глаза.
Затем выпрямился во весь рост, расстегнул штаны и вывалил перед ним своё внушительное хозяйство. Тот от неожиданности едва не подавился лакомством. Бедняга шарахнулся от меня и испуганно задрожал. В его взгляде было столько осуждения и негодования, что я поспешил спрятать свои причиндалы обратно в портки.
— «Гм, похоже, и правда бракованный...» – подумал я.
— «Да ты и сам, как я посмотрю, тоже!» – неожиданно услышал я прямо в голове дерзкий ответ.
— Ладно, прости. Но я должен быть уверен, что от тебя не стоит ждать подвоха в неподходящий момент. – сказал я уже вслух и погладил его по шёрстке.
Он ничего не ответил, лишь на мгновение довольно прищурился и снова запустил свой губастый рот в пакетик с любимыми семенами. Тот факт, что он не говорит, зато понимает речь и при этом может внушать свои мысли на расстоянии, очень меня заинтриговал.
— Не обижайся... – гладил я милашку по холке. – Ты же знаешь, что мне ничего такого от тебя не нужно. Но и ты пообещай мне тоже никогда больше не воздействовать на меня этими своими штучками.
— «Угу.» – услышал я промо в голове, хотя уши мои не воспринимали ничего кроме аппетитного чавканья.
— Да ты кушай, кушай. И я с тобой сейчас чего-нибудь перекушу.
Пока мы завтракали, я рассказал своему необычному приятелю немного о себе. А он поведал мне о своей, как вы уже догадались, не слишком завидной судьбе. Оказалось, за свою не такую долгую жизнь он побывал уже в разных мирах и сменил шестерых хозяев. Я, стало быть, у для него седьмым.
— «А с этим числом мне обычно везёт!» – шутливо заметил зверёк, опустошив пакет с зёрнами, и принялся умываться.
— Мне тоже. – согласился я и отхлебнул гоголь-моголь из дюжины перепелиных яиц. – И хорошо бы нам с тобой использовать это везение для одного важного дела.
— «Какого дела»?
— Важного. Нам с тобой нужно во что бы то ни стало отыскать и вызволить одну девушку. Она не местная, она...
— «Знаю, белокожая. Это её мы видели в твоём сне?»
— Ого! Так ты и сны мои видишь?
— «Вижу. Так это она?»
— Да... То есть не совсем. Это была Ирэн, её тоже надо найти и вызволить...
— «Не слишком ли много девушек для одного старого гоблина?»
— Слушай, не начинай! Просто если мы найдём одну – найдём и другую. А может, и всех остальных. В беду они попали, понимаешь?
— «В беду – это плохо. Надо помогать, если в беду!»
— Вот и я так считаю. К тому же... А, ладно, забудь!..
— «Чувства у тебя к ней, понимаю...»
— Да какие там чувства! Просто...
— «Вот и ты тоже не начинай. Ладно?»
— Ладно...
Зверёк устыдил меня как плаксивого школьника. Если бы я был человеком, то, наверное, покраснел бы. А так как у гоблинов кожа зелёная, то мы в такие моменты желтеем.
— «В общем, я знаю, как её найти.»
— Как знаешь?! Откуда?! И ты, кстати, о какой из них: о той, к которой чувства, или...
— «Нет, не о ней. И даже не о той, что была привязана к камню. Я о той, которая притворялась троллем в твоём видении.»
— Вот так поворот! Но я не её ищу, я её даже не знаю.
Гоблин