Жил я в одной комнате с двумя ребятами в общежитии. В конце лета по очереди снабжали друг друга и девок в общаге яблоками, воруя в Мичуринском яблочном саду и показывая лихость перед друг другом в этом промысле. Однажды в конце августа, когда уже стемнело, я был пойман Мичуринском яблочном саду. Мне шел девятнадцатый год.
Охранник, грозя избить кнутом, заставил меня раздеться и забрал мою одежду, чтобы я не сбежал. Приказал встать на колени, согнуться, выпятить голый зад и раздвинуть руками свои ягодицы, как на медосмотре. Меня это больше заинтриговало, чем испугало. Его кобель повизгивал и вертелся около моего обнаженного и доступного, открытого очка. Мои яйца были за сжатыми ляжками спереди. Обнюхивая меня, он вдруг вскочил на меня сзади. Видно и сам охранник любитель, быть в интиме со своей собакой, коль его кобель знал, что надо делать со мною. Тонкий и острый член кобеля вошел в меня легко и без болевых проблем. Я был рад, что хотя бы не бьют кнутом.
Кобель стал насиловать меня. У него конец члена во мне вспух шаром. Помимо моей воли я возбудился и мой член встал. Он быстро кончил и соскочил с меня, но не мог вытащить свой член из – за очень вздутого конца из моего заднего прохода. Моё анальное отверстие слишком оказалось мало, чтобы выпустить такой распухший кобелиный конец, как гриб шампиньона. И мы, как склеенные, прилипли задами к друг другу. Произошло склещивание. Охранник говорит: "Вижу пиписька встала, дрочи. Это успокаивает.
Не отпущу, пока не спустишь". И, став передо мной на колени, приспустил брюки и трусы до колен. Одной своей рукой приподнял рубаху и майку выше пупка, а другой рукой стал дрочить свой огромнейший напрягшийся член перед моим лицом. Я такой большой размер члена не видел ни у кого в городской бане. Потом сует, ставший упругим, свой член мне в рот. Это тоже усиливало моё желание дрочить свой уже стоящий и не сгибаемый член с не вероятной страстью, другой рукой помогать охраннику онанировать его огромнейший член и в своём рту держать его великолепнейшую залупу. Она была почти, как медицинская банка, что ставят на спину больным.
Невольно сравнивая, свой член с его членом, я был сильно удивлен таким очень большим его размером, несравнимым с обычным мужским членом. Я с охранником с вожделением продолжали дрочить его членище в две руки. Язык мой трепетал, я сосал и смаковал такое огромное чудо в своем рту и продолжал помогать ему в онанизме. А, чтоб его прекрасной залупе в моем рту было еще лучше, я подмахивал своей головой туда – сюда, обратно, чтоб и ему и мне было приятно. От взаимного понимания охранник, как и я, со страстью еще быстрее задрочил свою упругую Гулливерскую дрыну.
Любуясь его дрыной, я был полон блаженства от всего происходящего со мной этим поздним теплым августским вечером. Из моего члена прыснула сперма, а мой рот наполнился спермой охранника. Сглотнув ее, стал отсасывать всё, что осталось в его дрыне. Распухший кобелиный конец во мне опал, и мы благополучно расцепились. Я впервые испытал такое очень яркое сексуальное потрясение. Была такая эйфория от нахлынувших эмоций, и было такое приятное ощущение обнаженности моего тела. Я уже двумя руками продолжал ласкать, опавший, но также, прекрасный и великий член охранника и не выпускал из изо рта его обмякшую залупу, вертел языком вокруг её и продолжал отсасывать сперму.
Охранник, видя мою страсть, предложил мне своего кабеля, подождав минут пятнадцать. В знак согласия, я махнул головой и стал
Новый Год в Калиновке - часть 7