1999 год. Антонине Игоревне Стрельниковой было тридцать восемь лет. Жизнь сложилась так, что в молодости, когда она была озорной веселой девчушкой, ей не удалось встретить того единственного и неповторимого мужчину, который разделил бы с ней судьбу и постель. Если быть более точным, то желающих мужчин разделить с ней постель было предостаточно, вот только задерживались они ненадолго.
Немного разочаровавшись в мужской половине человечества, Антонина Игоревна смирилась с долгими, одинокими вечерами и желая привнести в них хоть немного утешения, обзавелась спутниковой антенной и видеомагнитофоном. Через некоторое время Антонина Игоревна, уже хорошо знала все каналы спутникового телевидения, которые демонстрировали и легкую, и довольно откровенную эротику.
Почти каждый вечер Антонина Игоревна устраивалась в кресле поудобней и просматривала очередной эротический фильм, одновременно записывая его на кассету видеомагнитофона. Если фильм не нравился, она его стирала, а лучшие – оставляла, для повторного просмотра. Довольно сильно возбуждаясь, от откровенных эротических сцен, Антонина Игоревна доводила себя до оргазма, поддразнивая пальчиком набухающий клитор. Такой, хоть и безопасный, но однообразный секс постепенно начал ей надоедать. Он не мог заменить бурных, насыщенных ощущений, получаемых, от слияния живой плоти и разгоряченных тел, а тем более, заменить разнообразие удовольствий, которое выливалось на Антонину Игоревну с экрана телевизора. Несколько раз она порывалась заказать, по почте какую–нибудь сексуальную «Игрушку», приглянувшуюся ей во время просмотра рекламных роликов на взрослых каналах спутникового телевидения, но так и не решилась. А о том, чтобы купить, что–нибудь, из «Этого», в сексшопе их маленького городка, где все друг друга знали и речи быть не могло.
Однажды ночью, просматривая очередной эротический фильм, Антонина Игоревна буквально замерла на первых же кадрах. Молодая симпатичная женщина разлеглась на кухонном столе и, раздвинув ноги, втиснула себе, во влагалище огромный, толстый блестящий баклажан.
Антонина Игоревна ущипнула себя, за руку. Нет, она не спала. Она действительно видела все это на экране. Молодая женщина продолжала доставлять себе удовольствие баклажаном, с наслаждением вытаскивая и обратно втискивая его в своё влагалище. Толщина баклажана значительно превосходила толщину ее собственной руки.
Замерев, вперившись глазами в экран и боясь пропустить малейшее движение грандиозного «Орудия наслаждения». Ее глаза судорожно вглядывались в открытый бездонный вход женского «Детородного канала», который поражал сознание своей ненасытностью. Сладкая, ласкающая нега расплылась, по телу Антонины Игоревны, обещая вырваться наружу восхитительным, неудержимым оргазмом. Но то, что последовало дальше, превзошло все ее ожидания.
Где–то в середине фильма женщина опять уединилась на кухне и, предоставив наезжающей снизу камере свои возбужденные гениталии, ловким движением вдавила похожий на предыдущий толстый баклажан в свой анус. У Антонины Игоревны перехватило дыхание, волна возбуждения не переставала ударять, по телу и даже, по сознанию на протяжении всей захватывающей анально–баклажанной сцены.
Впервые, за всю свою сексуальную жизнь Антонина Игоревна достигла вершины наслаждения, получая подпитку лишь от зрелища, не помогая даже прикосновением к клитору. Это было неописуемо, непередаваемо, умопомрачительно.
Досмотрев фильм и перемотав записанную видеокассету на начало, Антонина Игоревна, как под гипнозом отправилась на кухню и, открыв холодильник, долго смотрела в него, подыскивая подходящий овощ, хоть издали напоминающий баклажан. Не найдя ничего подходящего, она закрыла холодильник и отправилась в комнату, понимая, что в два часа ночи, уже не сможет пополнить на рынке овощные запасы.
Антонина Игоревна, еще раз просмотрела фильм, восхищенно разглядывая самые интересные, волнующие эротические сцены и представляя себя на месте той женщины. Как бы парадоксально это не выглядело, но ей очень хотелось ощутить то же, что и женщина из фильма, так ревностно ублажающая себя таким толстым и сладострастным сексуальным «Орудием». Перенеся, во время повторного просмотра несколько не очень бурных, но
жена в плену