Лекса подошла к Чатте со спины. Будто бы любуясь механизмами, которых в избытке хватало в обители гоблинши. Конечно, та не слышала. Она была занята работой с бумагами и это позволило полудемонше подобраться близко и посмотреть из - за спины.
Чатта и правда записывала цифры одной рукой. Но другая рука её была между ног. Платье задрано, а кисть руки совершает движения, которые Лекса не могла не узнать. Гоблинша определённо доставляла себе удовольствие.
— Ты не слишком нервно дышишь для такой спокойной работы? - осведомилась Лекса, косясь на Чатту. Та дышала достаточно ровно. Однако, полудемоница была уверена, что при возбуждении гоблинша не знает точно, как тихо она вдыхает и насколько ровно выдыхает...
Чатта в ответ вздрогнула. Конечно же она не отслеживала дыхание и Лекса будто случайно нагнулась и увидела задранное платье и застывшую меж ног гоблинши руку.
Полудемоница мигом опустила собственную руку вниз. Чатта заёрзала, пытаясь противиться, но Лекса была более настойчивой и сопротивление казалось бесполезным. Она вынудила зеленокожую убрать руку, перехватив инициативу.
— Вот значит как! - рассмеялась Лекса, держа руку меж ног Чатты. Пальцы её нагло и похотливо массировали пульсирующее лоно. Половые губки гоблинши были распахнуты и пальчик легко и игриво двигался меж них. Ласкал. Трогал, исследовал, пытался проникнуть всё глубже внутрь...
— Прекрати! - почти пищит Чатта, - Это... Рабочее время! Ты не понимаешь что...
Лекса опускается ниже и груди её ложатся на голову гоблинши. Прямо на тщательно уложенную причёску. Чатта не говорит ничего. Она словно вибрирует. Дрожит под мягкими грудьми хозяйки борделя, ощущая их вес и не предпринимая ничего.Кажется, она обратилась в статую, способную лишь чувствовать. Не отвечать. Из рук её выпало автоматическое перо, оставив кляксу на какой то, быть может важной бумаге. После чего Чатта всхлипнула. Будто расстраиваясь.
Гоблинша медленно подалась назад и ухватила полными губами сосок полудемоницы. «Чмок - чмок» раздалось через некоторое время. Губы гоблинши настойчиво сосали затвердевший сосок. Она не отвлекалась, даже жадно потягивала, руками мяла груди, не желая отстраниться.
— Нравится, да? - млела Лекса, - Хорошие сиськи? Охх, вот так ммм!
— Ты - настоящий демон! - шептала Чатта в моменты, когда её губы не покрывали поцелуями мягкую плоть.
Меж тем, Лекса продолжала движения рукою меж ног счетоводки. Пальчики влажно чавкали. В лоно теперь погружались уже два. Они раскрывали влажную плоть гоблинши в то время, как ладонь охватывала лобок, двигаясь туда - сюда. Полудемоница явно ощущала клитор Чатты. Она стала настойчиво водить ладонью, массируя крупный бугорок. У гоблинши клитор был большим если сравнивать с телом, как и половые губы. Рука полудемоницы извивалась.
— НМММГ! - застонала Чатта ёрзая на кресле влага обильно текла наружу. Лекса двигала пальцами туда - сюда, заставляя лоно гоблинши жадно чавкать, будто в него и правда входил возбуждённый член! Стенки вагины сжимались на пальчиках. Судорожно. Похотливо, словно норовя втянуть глубже. Полудемоница сильнее свешалась вперёд и одной рукою рукою гладила лобок а второй входила.
— Как тебе это, а? Наверное с ума сходишь за бумагами, - напевно говорила Лекса, - Давно пора дать тебе разрядку, счетоводка! Прямо за этим столом! Струйно кончишь?
Пальцы полудемоницы раздвигают влажные половые губы. В это время, пальцы другой руки начинают увереннее долбить в глубину, в мясистое, пульсирующее отверстие! Влажные, чавкающие звуки разносятся по всей канцелярной комнате, дополняемые стонами Чатты и тяжёлым дыханием самой Лексы. Однако, скоро пальцы заставляют гоблиншу активно двигать бёдрами, подбрасываясь вверх она стонет:
— Не... Не надо или... Я прямо здесь... Прямо здесь..!
В лесочке.