Артём проснулся рано. За окном только начинало светать. Катя ещё крепко спала, лежа на боку, лицом к нему. Волосы растрепались по подушке, губы чуть приоткрыты, дыхание ровное и глубокое. Артём несколько секунд просто смотрел на неё. Какая она красивая. Даже во сне. Он осторожно провёл пальцем по её щеке, но она не проснулась.
Он тихо встал. На полу у кровати лежали её чёрные стринги — те самые, в которых она была вчера вечером. У Артёма был на них небольшой фетиш. Он поднял тонкую ткань, поднёс к лицу и глубоко вдохнул.
Запах женской киски ударил сразу — знакомый, возбуждающий. Но вместе с ним было что-то ещё. Чуть другое. Более резкое, мужское, почти неуловимое. Артём нахмурился, ещё раз вдохнул, но не смог понять. Пожал плечами, бросил стринги обратно на пол и пошёл в душ.
Когда он вышел на кухню уже одетый, отец уже стоял у плиты и жарил яичницу. Пахло маслом и перцем. Сергей был в тех же домашних шортах и майке, выглядел спокойным и выспавшимся.
— Доброе, — кивнул он сыну. — Яйца будешь?
— Давай. Я кофе сделаю.
Они сели за стол. Сергей рассказывал про Москву — как всё быстро, шумно, как на объекте уже привык к местным бригадам, как отличается работа от того, к чему он привык в своём городе. Артём слушал, кивал, пил кофе.
В какой-то момент он поставил чашку и сказал чуть тише:
— Пап... я хотел тебе сказать. Мы с Катей уже давно вместе. Почти два года. И я... планирую сделать ей предложение. Скоро.
Сергей на секунду замер с вилкой в руке. Лицо чуть дрогнуло — лёгкое смущение, которое он быстро спрятал. Потом кивнул и даже улыбнулся.
— Хорошая новость. Катя — приятная девушка. Готовит отлично, по дому видно, что хозяйка. Настоящая жена из неё выйдет. Поддерживаю.
Артём облегчённо выдохнул и улыбнулся шире.
— Спасибо. Я рад, что ты её нормально воспринимаешь.
Они закончили завтрак. Артём быстро собрался, обнял отца на прощание и вышел.
В машине он ехал спокойно, глядя на утренний город. Думал о Кате — какая она тёплая, какая родная. Как хорошо им вместе. И о том, что сегодня отец будет дома весь день. Хорошо, что они смогут побыть вдвоём и подружиться. Артём даже улыбнулся этой мысли.
Он даже не подозревал, что в эту самую минуту Катя уже стояла раком поперёк их общей кровати. Ноги широко разведены, лицо прижато к подушке, пальцы вцепились в простыню. А позади неё, держа за бёдра огромными ладонями, его отец жёстко и глубоко вбивал в неё свой толстый обрезанный член. Каждый толчок был размашистым, тяжёлым. Яйца громко шлёпали о её мокрую кожу. Катя кусала подушку, чтобы не стонать слишком громко, а Сергей смотрел вниз — на то, как его член исчезает внутри будущей невестки — и продолжал трахать её всё жёстче.
Вдруг Сергей резко вышел из неё. Катя тихо всхлипнула. Он развернул её на спину одним сильным движением, подхватил её ноги и закинул себе на плечи. Катя оказалась почти сложенной пополам. Сергей сразу вошёл снова — до конца, одним толчком.
Катя громко выдохнула. В этой позе член входил ещё глубже, упираясь куда-то внутрь с каждым движением. Сергей начал трахать её жёстко и ритмично, держа ноги на плечах. Яйца шлёпали по её заднице. Он смотрел ей прямо в глаза, пока вбивался.
— Смотри на меня, — приказал он низко. — Смотри, кто тебя сейчас ебёт.
Катя смотрела. Щёки горели, губы приоткрыты, глаза влажные. Каждый толчок выбивал из неё короткий сдавленный стон. Сергей ускорился. Одна рука легла ей на горло
Гость на даче